Помнишь, я тебя прикрыла от родителей, когда ты наглоталась таблеток и блевала у меня в комнате всю ночь? Я тогда все постельное сама перестирывала и никому ничего не рассказала, — начала я с запрещенного приема. Нехорошо, конечно, упрекать друзей, но сейчас у меня не было выбора. Мари замолчала на миг, понимая, что просьба будет серьезная. Затем выдохнула и спросила что мне надо.
— Я хочу, чтоб ты попросила папочку — полковника закрыть Самойлова. И не на трое суток. А минимум на две недели. А лучше на несколько месяцев.
— Лили, ты что свихнулась? Я даже за таблетки этого делать не буду. Папа меня прибьет только просьбу услышит.
— Мари, не смей мне отказывать. Ты ведь знаешь, что держишься в нашей чирлидинговой группе благодаря мне, — строго добавила я. Да уж, я настоящая стерва, когда мне что то надо. А мне сейчас надо наказать этого ублюдка Самойлова! — Скажи отцу, что Платон приставал к тебе. Попроси его, поплачь. Придумай любую хрень.
Мари замерла, раздумывая над последствиями.
— Я не могу, это черезчур…
— Ну, знаешь, Мари, я ведь сейчас свободная девушка. Поругалась с Ринатом. А до него мне предлагал встречаться твой Юрчик. Если ты мне не подруга, то значит больше и не помеха. Может замутить с Агафовым? — мне самой стало тошно от себя.
— Лили, ты настоящая стерва. Не смей подходить к Юрчику! — вскричала встревоженно Мари.
— Ладно, прости, я и не собиралась. Он все равно не в моем вкусе. Мне нравятся блондины. Прости… Мариии, помоги мне, умоляю. Ну хочешь подарю тебе тот костюм из флэшмоба про Безумного Макса? Тот кожаный секси топ и шорты? Что я на Ибице купила раньше тебя…Просто этот утырок мне портит жизнь.
Мари, наконец, выдохнула, сдаваясь.
— Ладно, только ради тебя. И костюм из Безумного Макса принесешь сегодня вечером на матч…
— Спасибо, ты настоящий друг, — заулыбалась я.
— Угу, не могу сказать про тебя того же! — пробурчала она в трубку.
Но я уже не слушала. Быстро отключилась.
И довольно потерла руки.