Они ненавязчиво проникают под ткань кофточки и поглаживают чувствительную кожу, по которой пошёл импульс мурашек.
– Что ты делаешь? – задаю глупый вопрос и сглатываю.
Губы мгновенно пересыхают от волнения, и я облизываю их. Поднимаю глаза на Артёма и вижу его опьянённый взгляд, который засасывает синей глубиной.
– Надеюсь, что-то приятное… – глухо хрипит он, проникая руками дальше под кофту.
Низ живота стягивает узлом. Я не сопротивляюсь. Чувствую, как его пальцы скользят всё выше и достигают подножия вздыбившихся холмов.
Нежность и осторожность отходят на второй план, уступая место мужской силе и приливу возбуждения. Его рука властно сжимает грудь, из меня вырывается стон.
– Ещё, – просит мужчина, склонившись, дышит мне в лицо и берёт во власть другую грудь.
– Артём, – выдыхаю через рот и прошу глазами не останавливаться.
Он перемещается и теперь нависает надо мной. Мужчина проводит пальцем по нижней губе и потом облизывает её, увлажняет. Я трепещу и невольно тянусь к мужским губам.
Его пылкие поцелуи покрывают лицо, шею и спускаются к груди. Извиваясь от удовольствия, не замечаю, как кофта задирается наверх, открывая доступ к моему возбужденному телу.
Артём отодвигает чашечку лифчика и присасывается к твёрдому соску. Терзает его ласками, а я изнемогаю, срываясь на шумные вздохи. Мои ноги обвивают его, а неугомонные пальцы оттягивают мужские волосы.
– Ах, остановись, Артём… – вырывается из меня, когда он уже избавляется от ремня на моих джинсах.
– Не могу, малыш, – мужчина проводит языком вдоль линии резинки трусов.
Я вздрагиваю. Щекотно.
– Нам не стоит торопиться, – обхватываю его лицо руками, сплющивая щёки.
– Думаешь? Несколько лет – немалый срок.
– Ну, Артём, – прицокиваю. – Ты ведь прекрасно понимаешь, о чём я.
– Тогда тебе опасно ложиться рядом со мной … Даже для того, чтобы проверить кровать.
Он зарывается носом в волосы, раскинутые водопадом по подушке, и шумно вдыхает.
– Голова кружится, – говорит мне в губы и накрывает их коротким поцелуем. – Держись подальше – вот мой совет.
– Я прислушаюсь. Наверно…
– И не играй со мной, – щурится на мой неоднозначный ответ. – Накажу. Сильно, и слушать твои мольбы не стану.