Я вижу, как блестят глаза у Артёма, да и сама не могу сдержать слёз.
– Какая ты у нас умненькая девочка, – шмыгает носом папа и пересаживает дочь к себе на колени. Он заглядывает в её чистые голубые глаза и уточняет, не спеша.
– Можешь, – кивает она, чуть улыбаясь. – Мне даже будет приятно.
– Доченька моя… – срывается мужской голос.
Артём прижимает Катю к дрожащей груди, и я вижу, как по его щеке скатывается слеза.
– Папа, сколько можно обниматься, задушишь… – кряхтит маленький ангелочек и оглядывается на меня. – Мама, а ты чего плачешь?
– Ничего, золотце, – всхлипываю я, утирая слёзы.
– А-а, – открывает Катя рот, но вряд ли понимает взрослые стенания. И между делом интересуется. – Ну, раз всё хорошо… Может, поедем в пиццерию?
– Обязательно, – посмеиваясь, целует её Артем и отправляет в детское кресло.
– Ура! – не сдерживается Катя и облегченно вздыхает. – Ох, хорошо, когда всё хорошо.
А вот с этим не поспоришь."