Деньги с такой аренды шли в казну деревни и тратились на благоустройство поселка, поддержку стариков и многодетных семей. И как правило, документы при таком заселении никто не спрашивал.
— Что же вы жандарма не вызвали, если подозрительным показался? — уточнил я.
Мужчина сразу стал меньше ростом. Он почесал лысину и оглянулся, заметив движение на пороге дома. На ступени вышла женщина средних лет, обернутая в вязаную шаль в домашних тапочках сшитых вручную.
— Все хорошо, Дуняша, — тепло сказал мужчина и пояснил мне почти шепотом, — Поселок у нас маленький, жандарм не положен.
— Ладно. Вызывай дружинников, — попросил я.
— А вы из жандармерии? — спросил староста и обеспокоенно уточнил. — Бумаги покажете? Меня предупредили, что княжич Чехов прибудет.
Я вынул документ и развернул его, чтобы староста прочел.
Мужчина вынул из кармана узкие очки, нацепил их на переносицу. Приблизился, чтобы разобрать мое имя.
— Жандармы скоро прибудут. Но усиление, чтобы разбойник не сбежал, не помешало бы, — ответил я, и староста кивнул:
— Добренько, мастер. Токма не обессудьте, но людей я поднимать буду после того, как с жандармами поговорю.
— Ладно. Как приедут, отправьте их и дружину по адресу, где пришлый живёт, — ответил я и пошел к машине.
— Да неужто вы одни к душегубу собрались? — в проеме ворот показалась жена старосты и сурово посмотрела на мужа.
— Дуняша… — начал он.
— Там по соседству старики живут. Они со двора и носа не покажут, — женщина обеспокоенно нахмурилась и с досадой взглянула на мужа.
— Ваш супруг правильно поступает. Ожидайте жандармов. И выдвигайтесь за мной.
* * *Улица Новая была крайней в поселке. За домами начиналось широкое поле, на другом конце которого высились деревья.
Арендованный Иваном дом был последним на улице.
Фома остановил машину у ворот и покосился на дом, в окнах которого не горел свет:
— А он здесь? — уточнил слуга, обернувшись ко мне. Но я только пожал плечами:
— Сейчас узнаем.
Я решил узнать все по старинке и вышел из авто, приблизился к металлическим воротам, а потом постучал в створку.