Арина проследила за моим взглядом и шепотом уточнила:
— Мы ведь были здесь не одни?
— Уединиться в этом доме бывает проблематично.
— А мне порой это кажется приятным, — призналась девушка. — Когда Лопатина ожидала вас в приемной, мне нравилось думать, что я не одинока и со мной была поддержка.
Я кивнул и открыл конверт, чтобы вынуть заявку. И прочитав несколько срок глухо выругался, проглотив часть фразы.
— Что случилось? Опять кто-то из ваших знакомых оказался в беде?
— Можно и так сказать, — я уронил лист бумаги на стол, и Арина Родионовна приподнялась с кресла, чтобы рассмотреть написанное.
— Не может быть. Это дело с участием Лопатиной.
— Паулины Ананьевны собственной персоной, — упавшим голосом подтвердил я и взял документ, чтобы прочесть дальше.
Итак, мне предстояло принять участие в деле о похищенном столовом серебре. У госпожи Паулины Ананьевны пропали ложки, которые она оценила очень высоко. Она была уверена, что их унесла уволенная недавно кухарка.
Второй конверт содержал дело о сорвавшейся помолвке, в которой обвиняли цирюльника. В третьем же я нашел дело в клевете, и имя ответчицы было мне знакомо. Ею оказалась Бона Вита, та дамочка, которую я встречал в мастерской модиста Веленцева. Видимо, девица и впрямь была известной в каких-то кругах.
Что ж, ближайшее время определённо скучно не будет.
Эти дела могут подождать день или два.
— Арина Родионовна, зарегистрируйте эти заявки. Ими я займусь чуть позже. А сейчас мне надо немного подумать.
Девушка понимающе кивнула, забрала бумаги и вышла из кабинета.
Я же открыл ежедневник на чистой странице и принялся чертить схему."
"Итак, пропала Софья Потемкина. Чуть позже девочку нашли мертвой. Причем могила будто специально была сделана неглубоко. Словно для того, чтобы ее быстро нашли. Второе: девочку оттащили слишком далеко от места боя.
Я поставил знак вопроса напротив этой фразы и принялся заполнять схему дальше.
Второе: у девочки остались родители. Причем отец относился к родной дочери достаточно холодно. А вот мачеха быстро полюбила ее и весьма беспокоилась о судьбе падчерицы, что похвально.