Широкие скулы, сжатые губы с опущенными уголками и тяжелый подбородок придавали ее облику суровости.
— Вы моложе, чем я думала, — женщина неодобрительно поморщилась.
— Это ненадолго, — я не стал ей улыбаться.
— Не могу не согласиться. Юность быстро покидает человека. И хорошо, что вы это понимаете.
— Может быть мне стоит вытолкать эту мадам прочь? — предложила Виноградова, не поднимаясь с кресла. — Просто моргни, если этого желаешь.
— Чем могу быть вам полезен? — я решил проигнорировать предложение бухгалтера.
— И даже рубля за это не возьму. Сделаю все по доброте душевной, — не унималась призрачная дама.
В это время гостья сложила руки на груди и преувеличенно тяжело вздохнула. Всем своим видом она пыталась показать, что сомневается в том, что ей стоит вести дальнейший разговор. И помогать ей я не собирался. Что-то мне подсказывало, что если я продолжу играть по ее правилам, то разочарую даму и заработаю себе головную боль.
— И чем вы можете мне помочь, юноша? — трагично протянула женщина.
— Как долго вы сидите в этой приемной? — спросил я прямо.
— Около получаса, — нахмурилась Лопатина.
— И за это время вы не удосужились подготовиться к встрече с адвокатом? — я поднял бровь и тоже недовольно скривил губы. — И зачем сюда явились, раз не знаете, что вам нужно? Только время у меня отнимаете.
С этими словами я прошел мимо опешившей женщины и бросил через плечо Нечаевой:
— Я буду занят и прошу без доклада никого не пускать.
Лопатина очнулась и резко развернулась на каблуках.
— Молодой человек… — начала она.
— Меня зовут Павел Филиппович, — холодно поправил ее я. — Или вы предпочитаете, чтобы я обращался к вам не иначе как женщина в годах?
От такой наглости лицо гостьи пошло пятнами. Она несколько раз открыла и закрыла рот, но не смогла выдавить из себя ни слова. Я же решил ей не помогать. И добил:
— Паулина Ананьевна, не смею вас задерживать. Когда вы определитесь, что вам нужно от адвоката, обращайтесь к моему секретарю. Если у меня будет время, то я вас приму.
"После этого я закрыл дверь в свой кабинет и выдохнул. Я встречал подобных дам. Многие считали таковой мою бабушку. Однако Софья Яковлевна никогда не кичилась своим положением в обществе или титулом. Она умела с достоинством вести себя с простолюдинами и одаренными и во мне воспитала уважение к людям независимо от их происхождения. Лопатина же, очевидно, привыкла довлеть над людьми. От таких как она бежали слуги, подобных аристократок не любили соседи.