Мысли Ваньи разбредались в разные стороны. «Тамлин, Тамлин, великая любовь моей жизни…» Марко сказал ей, что она должна произвести на свет ребенка. И у этого ребенка тоже должен со временем появится ребенок: самый выдающийся из всех избранных Людей Льда… Франк Монсен? Франк Монсен в качестве мужа – и любовника? Эта мысль казалась ей просто абсурдной. Или это было не так? Она знала, что больше никогда не увидит Тамлина, но она знала также, что скорбь о нем останется для нее на всю жизнь незаживающей раной. Его гнев и ненависть в последний раз… Она так страдала, так страдала из-за этого.
Но она же… осквернена, как это называли в церковных кругах. Она не была уже девственницей после хищного вторжения Тамлина. И это нельзя скрыть!
Что же ей делать?
Ванья вдруг обнаружила, что уже думает о браке с Франком.
Господи, как убого все это звучит! Ванья фактически уже считала, что они смогут жить в браке. Многие ли женяться по любви? Большинство браков устраиваются родителями, а Франк, бесспорно, относится к числу самых завидных женихов.
«Тамлин… О, Тамлин, радость моей жизни!»
Подняв голову, она сказала:
– Я подумаю об этом.
При этом она думала только о ребенке, которого ей нужно было произвести на свет. Сам же Франк попросту выпадал из поля ее зрения, она не могла себе представить, что проживет с ним всю жизнь. Но все это было у нее в подсознании, открыто она об этом не размышляла. Возможно, она выйдет замуж за Франка, в этом не было ничего невозможного, у них будет ребенок, и она заранее радовалась этому.
В последнее время Бенедикта стала ей самой близкой подругой. Они часто обсуждали с ней возможность выйти замуж за проповедника, не имея при этом потребности в такого рода духовной пище. Бенедикта советовала ей хорошенько подумать, чтобы не огорчать потом Франка.