— Все эти баллы, ребята — это такой гнусный способ расслоить наше местное общество! — вдруг выдал Пресня. — Кто-то открывает месторождения, новые материалы, делает товары… Вот им-то все баллы и уходят, а остальным — шиш с маслом!
— А мы ничего такого не открывали, — пояснил Пустырник. — И товары особо не делали. Вот и не получали баллы.
— Но откуда тогда оружие? — стояла на своём Кострома.
— Когда я сел на тему пересечения экватора, наши сумели выбить спонсорские баллы… Тратили не мы, конечно: мы нищеброды… Тратили богачи из Тутгорода… — ответил Пустырник.
— То есть, чем более технологичные вещи делаешь, тем больше баллов получаешь? Даже если страдает качество самих поделок? — уточнил я.
— Получается, что именно так! — кивнул Пустырник.
— И те, кто чему-то научился, редко делятся с другими.
— А ему, кстати, за найденное месторождение тоже отвалили несколько сотен тысяч! — пожаловался Пустырник. — Вот и думайте, как оно, справедливо или нет… Когда несколько человек, вырвавшись вперёд, начинают подминать под себя всё, что могут, и гребут баллы лопатой… А у других даже капсулы для репликации нет…
— Да хоть бы в долг как-то давали!.
— Это чё, какой-то хрен нашёл олово и присвоил себе? И, типа, так можно было? — удивился Мелкий.
— А у него на это право есть! — поджав губы, ответил Пустырник. — Право сильного и богатого. Чтобы работать на добыче олова, ему люди платили комплектами еды! Не он им, а они — ему!
— Но почему? — удивилась Кострома.
— А за добытое олово СИПИН баллы платит! — пояснил Пресня. — За каждую единицу веса — сотню баллов. А пищевой рацион в Тутгороде тоже стоит, после всех подорожаний, сотню баллов. Вот парень, который бронзу захапал, и брал один пищевой рацион за день работы.
— А всё, что добудешь сверх того — твоё. Только много ты там не добудешь… — усмехнулся Пустырник.