— Только слово Волка, миледи, — шепчу я в нежное ушко, с удовольствием ощущая нервную дрожь, — его достаточно. Дон должен был сказать…"
"— Дон… Не успел… — шепчет она потерянно, но затем чуть отстраняется, смотрит в глаза, и я чувствую себя не особенно хорошо под ее темным, глубоким взглядом, — если вы обманете… Будет плохо. Просто поверьте.
— Поверю, ведьмочка, — киваю я, и ловлю испуганный выдох пальцем, замыкая губы вполне однозначным приказом молчать, — не бойся… Я никому не скажу…
Мне не особенно интересно, почему она скрывает свой дар, наверно, для этого есть причины.
И я подчиняюсь, почему бы и нет?
Провожу руками по хрупким плечам, и ее жесткое мужское платье ползет вниз с треском.
Лари только ахает слабо и пытается прикрыться, вернуть на место свою одежду, но я убираю ее ладони, силой припечатываю их по бокам, затем перехватываю одной рукой сзади, чуть выгибая в талии, придвигая ее еще ближе к себе.
Смотрю внимательно в глаза, где уже нет черной ведьмовской глубины, а есть паника и отчаяние.
Вкусные эмоции, моему хищнику нравятся, на то он и хищник, чтоб упиваться беспомощностью жертвы…
Глава 4
Глава 4
— Послушайте… Послушайте… — она облизывает губы, этим невольным движением лишний раз подтверждая свои слова о собственной невинности… Или, наоборот, о серьезной опытности.
Она трепыхается в моих лапах, беспомощно и слабо, словно разом потеряв волю к борьбе, и тем самым еще сильнее заводит волка, теряющего уже последнее терпение.
И такое смешное сопротивление! Вкусно же до безумия!
— Миледи, — шепчу я, уже не заботясь о том, чтоб убрать из голоса голодный разбойный хрип, жадно вдыхаю нарастающий аромат страха, — не пи… не говорите ерунды. Вы прекрасно знали, чем закончится сегодняшняя наша встреча. Не стоит оттягивать неизбежное…
Говоря все это, я ее методично и неотвратимо подталкиваю к кровати, по пути лишая верхней одежды.