— Несмотря на предупреждение в прошлый понедельник, вы опять не сдержались на уроке профессора Амбридж?
— Да, — потупясь, сказал Гарри.
— Поттер, вы должны держать себя в руках! Вы напрашиваетесь на серьезные неприятности! Снимаю еще пять очков с Гриффиндора!
— Но… почему?.. Профессор! — Гарри был взбешен этой несправедливостью. — Меня она уже наказала, почему еще вы отнимаете пять очков?
— Потому что наказания на вас, очевидно, совсем не действуют, — едко ответила она. — Никаких возражений, Поттер! А что до вас, мисс Джонсон, впредь прошу упражнять голос на стадионе, если намерены остаться капитаном команды!
Профессор Макгонагалл зашагала обратно к преподавательскому столу.
— Оштрафовала Гриффиндор за то, что мне каждый вечер разрезают руку! Это что, честно?
— Нет, — сочувственно сказал Рон и положил на тарелку Гарри ломоть бекона. — Это ни в какие ворота не лезет!
Гермиона же только листала «Ежедневный пророк».
— По-твоему, Макгонагалл права? — сердито обратился Гарри к портрету Корнелиуса Фаджа, скрывавшему лицо Гермионы.
— Мне жаль, что она оштрафовала, но, по-моему, она дала тебе правильный совет, чтобы ты не связывался с Амбридж, — раздался голос Гермионы позади Фаджа, который энергично жестикулировал на первой странице, явно произнося какую-то речь.
На заклинаниях Гарри не разговаривал с Гермионой, но, когда они пришли па трансфигурацию, вмиг забыл свою обиду.
— Отлично, — шепнул Рон, когда они заняли свои места. — Тут уж Амбридж свое получит.
Профессор Макгонагалл вошла в класс твердым шагом и так, как будто не заметила присутствия Амбридж.
— Успокоимся, — сказала она, и все сразу утихли. — Мистер Финниган, будьте добры подойти и взять проверенные сочинения и разнести их ученикам.
— Кхе, кхе…
Тем же дурацким покашливанием профессор Амбридж прервала в первый вечер Дамблдора. Профессор Макгонагалл предпочла ее не услышать. Симус передал Гарри его сочинение. Гарри взял его, не взглянув на Симуса, и с облегчением увидел, что каким-то непостижимым образом сумел написать его на «В».
— Итак, прошу внимания.