— Если вы оставите ее мне, я, вероятно, смогу кое-что сделать. Во всяком случае, несколько дней она не должна совершать дальних перелетов.
— Хорошо… спасибо, — сказал Гарри, и тут же раздался звонок на перемену.
— Не за что, — грубо ответила Граббли-Дерг и пошла в учительскую.
— Минутку, Вильгельмина, — сказала Макгонагалл. — Письмо Поттера!
— Ой, да! — Гарри совсем забыл о привязанном к лапке письме.
Граббли-Дерг дала Гарри письмо и ушла с Буклей в комнату.
Чувствуя себя виноватым, он пошел прочь, но Макгонагалл окликнула его:
— Поттер!
— Да, профессор.
Она посмотрела налево и направо: с обеих сторон по коридору шли ученики.
— Имейте в виду, — тихо и быстро сказала она, глядя на пергаментную трубочку у него в руке, — каналы связи в Хогвартсе могут быть под наблюдением, понятно?
— Я… — хотел ответить Гарри, но гурьба учеников была уже в двух шагах.
Профессор Макгонагалл кивнула ему и скрылась в учительской, а его самого толпа вынесла во двор. Спрятавшись в углу от ветра, с поднятыми воротниками, его уже ждали там Рон и Гермиона. Гарри развернул письмо и по дороге к ним прочел семь слов, написанных рукой Сириуса: «Сегодня, там же, в тот же час».
— Как Букля? — встретила его вопросом Гермиона.
— Куда ты ее отнес? — спросил Рон.
— К Граббли-Дерг.
Он повторил слова Макгонагалл. Как ни странно, они не были удивлены. Наоборот, многозначительно переглянулись.
— Что такое? — спросил Гарри, переводя взгляд с Рона на Гермиону и обратно.
— Я как раз говорила Рону: что, если кто-то перехватит Буклю? Ведь раньше на нее никто не нападал в пути?
— А от кого письмо-то? — спросил Рон, забирая у Гарри пергамент.
— От Нюхалза, — тихо сказал Гарри.
— «Там же, в тот же час?» То есть в камине гостиной?"
"— Очевидно, — сказала Гермиона, пробежав записку глазами.
— Но оно было запечатано и вообще, — сказал Гарри, пытаясь убедить скорее себя, чем ее. — Да и никто бы не понял, если не знать, где мы в прошлый раз разговаривали.
— Не знаю, — усомнилась Гермиона и вскинула сумку на плечо, потому что прозвенел звонок.