— Отлучен от «Кабаньей головы» двадцать лет назад, — объяснил Сириус. — А у этого бармена хорошая память. Мы лишились грюмовой мантии-невидимки, когда арестовали Стерджиса, так что последнее время Наземникус часто наряжается ведьмой… Впрочем, первое дело к тебе, Рон: я поклялся передать тебе материнский наказ.
— Вон что… — сказал Рон, предчувствуя недоброе.
— Она сказала: ни в коем случае не участвовать в тайном кружке по защите от Темных искусств. Сказала: тебя непременно исключат, и твоя жизнь будет загублена.
— На каком дежурстве? — удивился Рон.
— Неважно, в Ордене. Так что на меня легла обязанность сообщить тебе это, а от тебя передать подтверждение, что тебе все сказано, — потому что мне она, кажется, тоже не доверяет.
Снова наступила пауза, в продолжение которой Живоглот, мяукая, пытался зацепить голову Сириуса, а Рон ковырял дырку в каминном коврике.
— Так ты хочешь, чтобы я сказал, что не буду участвовать в кружке по защите? — пробормотал он наконец.
— Я? Конечно нет! — изумился Сириус. — По-моему, это чудесная мысль!
— Правда? — обрадовался Гарри.
— Ну конечно! Думаешь, мы с твоим папой распластались бы перед этой старой каргой Амбридж?
— Но в прошлом семестре ты без конца твердил: не рискуй, будь осторожен!
— В прошлом году, Гарри, по всем признакам кто-то в Хогвартсе замышлял тебя убить! — уже с нетерпением отвечал Сириус. — В этом году, мы знаем, убить тебя хочет кое-кто вне Хогвартса, поэтому считаю, что научиться самозащите — мысль хорошая.
— А если нас исключат? — не без насмешки спросила Гермиона.
— Гермиона, — сказал Гарри, — это же была твоя идея!
— Знаю. Просто мне интересно, что думает Сириус.
— Ну, лучше вылететь отсюда, умея защищаться, чем смирно сидеть в школе беззащитными.
— Золотые слова! — с энтузиазмом подтвердили Рон и Гарри.
— Ну, и как вы организуете группу? Где собираетесь?
— В этом вся загвоздка, — сказал Гарри. — Не знаем, где встречаться.
— А если в Визжащей хижине? — предложил Сириус.