"
"Гарри понял, что слышит какой-то приглушенный ритмичный рокот, словно неподалеку и впрямь работают чьи-то гигантские легкие. Он покосился на Гермиону, которая не отрываясь глядела на курган. Рот у нее был слегка приоткрыт, и она выглядела до смерти напуганной.
— Хагрид, — сказала она шепотом, едва слышным на фоне дыхания спящего существа, — кто это?
Ее вопрос показался Гарри странным. «Что это?» — вот вопрос, который он сам собирался задать.
— Ты же говорил нам, Хагрид… — сказала Гермиона, и Гарри заметил, что палочка у нее в руке дрожит.
Гарри перевел взгляд с нее на Хагрида и обратно. Вдруг он все понял и, тихонько охнув от ужаса, снова посмотрел на курган.
Огромный земляной курган, на котором они с легкостью могли бы уместиться все втроем, мерно поднимался и опускался в такт глубокому, рокочущему дыханию. Это был вовсе не курган — это была чья-то спина!
— Ну да… он и не хотел приходить, — ответил Хагрид. В голосе его слышалось отчаяние.
— Но почему? — спросила Гермиона. Ее голос звучал так, словно она готова была разреветься. — Почему… зачем? Господи, Хагрид!
— Я знал, что надо только подержать его тут, — сказал Хагрид, тоже едва не плача, — и маленько научить, как себя вести… и тогда я смогу вытащить его на люди и доказать, что он совсем безобидный!
— Безобидный! — пронзительно воскликнула Гермиона, и Хагрид отчаянно зашикал на нее и замахал ручищами.
— Он сам не знает своей силы! — убежденно сказал Хагрид. — И он постепенно учится, он уже не так часто дерется…
— Теперь понятно, почему ты добирался домой целых два месяца, — задумчиво произнесла Гермиона. — Ах, Хагрид, зачем ты привел его сюда, если он не хотел? Разве ему не лучше было бы жить со своим народом?
— Они все обижали его, Гермиона, потому что он такой маленький! — сказал Хагрид.
— Маленький? — переспросила Гермиона. — Это он-то маленький?
— Я не мог его бросить, Гермиона, — сказал Хагрид, и по его покрытому синяками лицу заструились слезы, теряясь в бороде. — Он… он мой брат!
Гермиона уставилась на него, и челюсть у нее отвисла.
— Хагрид! — медленно сказал Гарри. — Когда ты говоришь «брат», это же не значит, что…
— Ну, то есть единоутробный, — уточнил Хагрид.