– Берегите себя! – попросил он, не сводя с меня взгляда. Ответа не дождался, быстро зашагал в сторону площади. Я с тревожно бьющимся сердцем наблюдала за ним.
Игра началась.
Глава 46
Рейстлина дико бесила необходимость присутствия Кассандры на площади. Он хорошо понимал: даже если девчонка ни во что не полезет, она все равно соберет неприятности на свои голову и другие части тела. Карма, чтоб ее. Поэтому Рейст раз двадцать проверил все амулеты и охранки, которыми наградили малышку. Она пыхтела, дула губы, но вслух не возражала – и то хлеб.
И в этом ракурсе крайне досадно было, что связь прервать не удалось. И сестра ее тоже в самом эпицентре оказалась. При таком раскладе в благоприятный исход не верилось – не тот характер у обеих.
– Ну что? – поинтересовался Николас при его появлении. – Пристроил девчонку?
– Девчонок, – поправил его Рейстлин. – Амелия Ленгтон тоже здесь.
Николас выругался. Он как раз был из тех, кто категорически возражал против появления здесь последней.
– Так невозможно работать, – пробурчал себе под нос некромант, но под слегка насмешливым взглядом затих. Тем более, что времени препираться практически не осталось.
С минуты на минуту на площадь въедет король. Впрочем, так и планировалось, что Рейстлин на исходной позиции окажется чуть ли не в последний момент.
Самым сложным моментом в данной ситуации было то, что карета не будет пустой, как планировалось изначально. Простым проездом по городу заговорщиков не так легко завлечь. Предполагалось публичное выступление короля, во время которого и планировался удар. Соберется публика разных сословий и разных способностей. Риски возрастали, но провернуть все каким-то иным, более безопасным способом не представлялось возможным.
Толпа зашумела, загомонила, на площадь въехал целый кортеж, который сопровождал короля. Охрана, вооруженная до зубов, сторонники, приближенные. И часть из них усилили водой источника, хотя многие и не понимали значения выданного им зелья. Слишком опасно было сообщать про легендарную воду.
Рейстлин и Николас напряглись. Еще немного, еще чуть-чуть – и начнется битва. Отчаянная битва не просто за власть, за идею, за уклад, за мирную жизнь.