Директор снова и снова смотрел куда-то, куда уж точно совершенно не стоило в его возрасте.
- Контрольные на высшем уровне. Учителя выделяют вас, как лучшую не просто в классе, а и во всем заведении, — продолжал перечислять директор, затем достал три заполненных листа А-4 и протянул их мне. — Вот, посмотрите, какую характеристику я набросал вам заранее.
Пробежавшись взглядом по внушительному и подробному описанию, я не успевала хватать ртом воздух. Да с подобной рекомендацией мне можно было попытать счастье даже в самых престижных вузах! На моих губах застыла удивленная и даже слегка блаженная улыбка, а глаза стали стеклянными от слез.
- Кроме того, — продолжил свою атаку директор, рассматривая меня прищуренным сосредоточенным взглядом, — компания «Шульц Индастрис» готова заключить договор с одним из наших подопечных: они полностью оплачивают обучение в Принстоне, а студент потом обязан минимум пять лет работать на компанию."
"- Что?! — мои глаза стали по пять копеек. От переизбытка эмоций я едва не подпрыгнула на месте, крепко вцепившись пальцами в сидение стула.
- Естественно, им нужен самый лучший, — мужчина наклонился вперед, сняв очки и закусив дужку губами. — Я предложил им вас. Полгода до выпуска уполномоченные сотрудники компании будут следить за вашими успехами, и, если все будет на том же уровне, вы отправитесь в жизнь своей мечты.
- О, боже… — по щекам потекли слезы, легкие жгло от сбившегося дыхания, будто секунду назад пробежала марафон. Я обхватила себя за плечи, и в голове промелькнула мысль, о которой было даже страшно думать: «Неужели у меня есть будущее? Неужели я сбегу из этого места? Неужели не сгнию от голода под каким-нибудь деревом? Неужели не стану путаной или стриптизёршей, как половина девочек из дома сирот?» — Спасибо вам! Спасибо!.
И тут на губах мужчины заиграла победная улыбка, доброжелательность напрочь пропала, а в глубинах глаз появилось то, что потом в кошмарах являлось мне еще долгие годы — похоть. Грязная, гнусная, воняющая падалью и гноем.
- А вот характеристика, которую я предоставлю «Шульц Индастрис», если вы перестанете меня радовать, — мужчина буквально кинул мне в лицо единственный маленький листок бумаги, где написано была лишь пара абзацев.