И я уж не говори о бабках и репутации, которые туда втюхал мой дорогой свекр! Если мы сейчас разведемся, эта новость ударит по всем, так что в твоих интересах меня вылизывать с ног до головы, чтобы я молчала и играла свою роль, пока клиника не заработает.
- А больше мне ничего не сделать, - угрожающе шепчет Кеша.
- Только уволить Женю. Она меня расстраивает, понимаешь? А когда мне грустно, я делаю разные глупости: развожусь, даю интервью, жалую старым порядочным евреям на их охеревших в своей безнаказанности сыночков.
- Это шантаж.
- Ой, не драматизируй. Переведи свою кралю в частную лабораторию. Или боишься, что ее искренней любви к тебе не хватит, если отпустить поводок и эта святая женщина посмотрит на кого-то помоложе… - я демонстративно оцениваю мужа взглядом, - и поинтереснее?
- Женя так не поступит.
- Тогда вообще не понимаю, чего ты нервничаешь! Найди ей сытное местечко и успокойся.
- И это поможет? Насть, я тебя знаю, ты будешь мониторить ее странички в интернете, рыдать, угрожать нам!
Господи, он сейчас серьезно? Нет, он правда видит меня такой? У меня столько дел, что времени не хватает не то чтобы на чужие соц.
- Нет, милый. Я найду себе тупого накачанного любовника и утешусь в его объятиях. Так что обещаю не трогать ни тебя, ни Женю.
Савранский замолкает. Даже отсюда я отчетливо слышу, как вращаются шестеренки в его голове.
- Любовника?
- Как ты и просил.
- Себе?
- Могу тебе, но думаю, это не совсем то, что ты хочешь, - рука, сжимающая карандаш просто дрожит от напряжения.
Кеша брезгливо морщится и как туз в покере, выкидывает свой последний аргумент.
- На ужин тоже с любовником пойдешь?
Я замолкаю. Потому что про ужин совсем забыла. Официальное мероприятие, которое я, как жена Савранского, не могу пропустить. Родители, инвесторы, спонсоры и кто-то из аппарата.
- Нет, любовник подождет меня дома.
- Отлично, - муж хмыкнул и вернулся обратно к столу, - когда будешь наряжаться, не забудь про ту пижамку с собаками. Отличный образ для светского приема.