Хозяевам и возвернём, в начищенности и сохранности!
– Ваня-я, вы таки говорите, как настоящий станичник времён Первой мировой… Где вы такого начитали?
– Вы ответите за это… вы за всё… – Девушка едва не сорвалась на визг, но, прежде чем она отдала хоть одно приказание, бравый подъесаул, танцуя, взлетел вверх по кирпичикам, став рядом с ней лицом к лицу. Их взгляды встретились, с кинжальным скрежетом высекая искры!
– Кажется, он заигрывается… – побелевшими губами прошептала Рахиль. – Миллавеллор, что вы весь стоите, этот усатый командарм сейчас совершит прямое убийство беззащитной дуры казачьей шашкой! А остальные потоптаются…
– Он победит её иначе, – всё ещё покачиваясь, глубокомысленно сообщил эльф.
Возмущённая такой беспечностью, израильтянка схватила его за грудки с явным намерением вытрясти душу, и в этот момент…
– А ты, красавица, здесь вроде начальства будешь? – неожиданно нежно мурлыкнул казак, при всех обнимая девицу за талию.
– Нет… да! Но… главы совета отсутствуют, и… я – дежурная по Дому, и вот…
– Тогда уводи своих, не ровён час, и впрямь рванёт по всей серьёзности.
– Я не… – попыталась выкрутиться девушка, но Иван, не тратя слов, пресёк её порыв крепким поцелуем прямо в губы! Рахиль выпустила эльфа, протёрла изумлённые глаза, вернула на место собственную челюсть и села, где стояла.
Впоследствии она утверждала, что причиной этому был всего лишь третий, подземный взрыв… Горячая пыль взлетела до небес, стены покрылись сетью мелких трещин, остов летающей тарелки ещё глубже ушёл в битый кирпич, невозмутимые клиры вздрогнули, но казак принципиально не прерывал поцелуя.
– Валим отсюда, братва!
– Я… никуда не пойду, пока этот… двуличный мордосвин с усами не объяснит мне… – едва не задыхаясь от праведного возмущения, зашипела честь и гордость израильской армии.
– Некогда, – вскинув бровь, подмигнул казак. – Эй, дядя! Подпихните её для ускорения, там, за огородами, речная пристань – если повезёт, уйдём по течению.
– Он мыслит, подобно мудрым полководцам древности, – восхищённо пустил слезу старый эльф. – Воистину: «Достойный генерал и муж сбережёт жизнь каждого солдата, сказав войне твёрдое слово из трёх букв!»
– …?! – едва не угадала Рахиль.
– Это слово «нет!» – укоризненно поправил Миллавеллор.