Упёртый малый.
— Поль, — окликнул меня Шайя и озадаченно почесал затылок, — подойди на минутку.
— Сейчас, — отмахнулся я и повернулся к пленному. — А ты посиди, подумай. Знаешь, как это бывает… Можешь и до Базы не доехать.
— Иди ты, — оскалился мужик и тягуче сплюнул, чуть не попав мне на ботинки. — Мясо…
— Сержант, — я подозвал военного, стоящего неподалёку, — присмотри за этим придурком.
Не знаю, что Карим успел сделать до моего прихода, но его собеседник оказался более словоохотливым. Парень заливался как валлийский соловей.
Если связать в одно целое рассказ Билла Тернера и признания этого парня, то картина, в общем, вполне понятна. Прибежали, обстреляли… Только вот… Дьявол… Я вспомнил нашу поездку в форт Линкольн и только зубами скрипнул… Ну погоди, мальчик Билли… Будет у меня к тебе серьёзный разговор! И не дай бог, чтобы мои подозрения оказались только фантазией.
Чёрт побери! Это ещё что такое?! Пока я общался с Каримом, к оставленному пленнику подошла какая-то девушка, доставая из сумки медицинский пакет. Патрульный, которого оставил присматривать за порядком, стоял как столб и даже не трепыхнулся. Он, что, чёрт побери, дар речи потерял?
— Мадмуазель, позвольте полюбопытствовать, что вы собираетесь делать? — я подошёл ближе.
— Оказать помощь раненому, — она повернулась в мою сторону и прищурилась. — Вы что-то имеете против?
— Поверьте мне на слово, этому человеку помощь не нужна, — я попытался взять женщину под руку, но вовремя опомнился — ладонь испачкана в крови.
— Во-первых, — мадам, а не мадмуазель! Во-вторых, — этот человек ранен. Вы не видите?
— Это обычный бандит. Скажите, вы прибыли с этим конвоем?
— Да, конечно. И что это меняет?
— Ничего. Просто это один из тех бандитов, которые обстреляли вашу колонну.
— Мне приходилось лечить и бандитов. Это не освобождает от обязанностей. А сколько ему жить, это не вам решать!
— Вы медик?
— Какой вы догадливый!
— Хорошо, я облегчу ваш нелегкий труд, — мне надоела эта упрямая девчонка. Добрые дела, это хорошо, но если ты попала сюда, то с самаритянством надо завязывать. Осмотрелся и окликнул замершего военного.