Брат Тан, если я найду для него этот меч, сможет ли он достичь «входа в ножны»?
Тан Чжэнь засомневался, прежде чем ответить:
— Я никогда не думал об этом. Твой старший брат поистине беспрецедентный случай. В сложившейся ситуации, если для него действительно найдется подходящий клинок, то не факт, что это поможет ему продвинуться на следующий уровень, но это может хоть немного успокоить его разум. До тех пор, пока он не проснется и не исцелит себя при помощи собственной Ци. Тогда его раны и внутренний демон постепенно исчезнут.
У Чэн Цяня вспотели ладони. Он крепче сжал Шуанжэнь, и на рукояти появился тонкий слой льда. Юноша настойчиво спросил:
— Где я могу найти такой меч? Я ничего не знаю об этом, поэтому у меня нет другого выбора, кроме как посоветоваться с тобой. Если это и в самом деле возможно… если это возможно…
Чэн Цянь был не в состоянии продолжать. Юноше потребовалось некоторое время, чтобы медленно произнести:
— Брат Тан, пожалуйста, помоги мне. Моя жизнь принадлежит тебе.
— Нет, нет, нет, — торопливо замахал руками Тан Чжэнь.
Чэн Цянь нахмурился.
— Он — исключение. Практикуясь во владении мечом, ученики клана Фуяо используют деревянные клинки.
— Значит, место, где он вошел в Дао… — начал Тан Чжэнь
Ресницы Чэн Цяня слегка дрогнули, когда он произнес:
— Гора Фуяо. Но сейчас мы не можем туда вернуться.
— Кто наставлял его, когда это произошло? — спросил Тан Чжэнь.
Взгляд Чэн Цяня стал еще мрачнее.
— Наш учитель.
Тан Чжэнь знал, что душа Мучунь чжэньжэня давным-давно исчезла.
— Брат Тан… — вновь произнес Чэн Цянь.
— Когда заклинатель меча входит в Дао, его ведут три из перечисленных фактора: оружие в его руках, божественный артефакт или аура меча другого могущественного заклинателя, находящегося поблизости. Твой брат вошел в Дао с деревянным мечом, так что первый фактор отпадает. Следовательно, его направил какой-то божественный артефакт, хранящийся на горе Фуяо, или же ваш уважаемый мастер.