Казалось, перед ним находилась стая ворон. На его лице промелькнула жестокая улыбка.
— Вы здесь из-за Хань Юаня, демонического дракона? — произнес юноша.
У Чантянь толкнул Ю Ляна себе за спину и примирительно улыбнулся.
— Действительно, этот человек на пути к тому, чтобы стать повелителем демонов. Темные заклинатели, что долгое время скрывались в тени, теперь подчиняются его приказам. Если наши стороны не придут к соглашению, на мир обрушится великая катастрофа, так что…
Но стоило только У Чантяню поднять глаза, как он увидел, что Чэн Цянь буквально лучился сарказмом.
— Демонический дракон Хань Юань, — тихо повторил Чэн Цянь и улыбнулся. — Господин У, вы знаете, почему он встал на Темный Путь?
У Чантянь растерялся.
— Дело в том, что, когда он был еще подростком, его разум попал под влияние «души художника», заклинания, что использовал один из ваших старших из Управления небесных гаданий, Чжоу Ханьчжэн. Знаете ли вы, что такое кармическое возмездие? — голос Чэн Цяня звучал очень тихо.
В словах Чэн Цяня зазвучали ледяные нотки, и Шуанжэнь с лязгом покинул ножны. Аура меча хлынула вперед, как волны в прилив, оставив на земле длинный след. Даже стоявшие поблизости заклинатели из Управления небесных гаданий были поражены этой силой. Они были в полном замешательстве.
Взгляд Чэн Цяня стал холоднее, чем лезвие меча.
— Забирайте своих псов и убирайтесь прочь! Если вы осмелитесь пересечь эту черту, молитесь, чтобы ваша следующая жизнь оказалась лучше, чем эта.
Вдруг, ворота усадьбы заскрипели, и створки медленно открылись. С видом благовоспитанной барышни, Лужа вышла вперед и вежливо поприветствовала собравшихся снаружи людей."
"— Третий брат, глава клана сказал, чтобы ты поскорее возвращался и перестал устраивать неприятности. Господа, с недавних пор наш глава отправился в уединение.
Лужа не привыкла к подобным разговорам. Она была диким ребенком, всюду носившимся на своих крыльях и делавшим все, что вздумается. Подражать цветистым манерам светского общества ей было совершенно не к лицу. Едва эта мысль промелькнула в голове Чэн Цяня, юноша вздохнул.
Не только судьба их клана катилась под откос, но и они сами вечно оказывались в эпицентре бури.