В каждой по два-три новобранца плюс один “старый” боец, к которым он, судя по всему, отнёс и Дану. Сейчас они проходят двор за двором, зачищая их. Учитывая, что пять из шестнадцати уже были проверены, работа много времени не занимает.
Удивляюсь, когда вижу, как из последнего дома группа под командованием Даны ведёт пленника. Пожилая бабуля. Такой “божий одуванчик”, выглядящий абсолютно невинным. Жду, ожидая объяснений. Приказа брать пленных у них не было. Когда приближаются, смотрю на девушку, которая возглавляет группу.
— Ну бабушка же. Что с ней делать?"
"Морщусь. Под её командованием две монахини, стоящие сейчас за спиной девушки со смущённым видом. То ли потому, что не прикончили старушку и ослушались первого же приказа, то ли из-за того, что держали её под прицелом. Но они — свежее мясо. А Дана уже должна что — то понимать. Перевожу взгляд на местную жительницу. Спрашиваю.
— Бабуль, а у тебя тут родни случайно нет? Вон в том, пятом от края доме никого не было?
Зыркает в сторону указанного строения.
— Сынок мой мог там быть. Выпивали они.
Хмыкнув, добавляю.
— И девочку драли, да? Били и ебали. Ебали и били. Пока она не сдохла прямо на члене одного из них.
Вижу, как вытягивается лицо даны, стоящей за спиной “одуванчика”. А вот у самой бабки, которая перед этим старалась держать на лице максимально приветливое выражение, появляется злобная гримаса.
— Вы что с моим сыном сделали, ироды? Эта прошмандовка сама виновата! Пришла к нам в своих шортах, пить и есть просит.
Молчу. Сдерживаюсь. Перед тем, как убить, надо что-то ответить. Но ханжу хочется изрезать на куски прямо сейчас. Наконец разжимаю зубы и выдавливаю из себя слова.
— Они её затрахали до смерти.
Вижу, как открывается её рот, чтобы начать что-то голосить. Чуть отступив назад, бью прикладом в лицо, сбивая суку с ног. Опускаюсь рядом на колено, доставая нож. Вижу в её глазах испуг. Наконец-то дошло, что возраст её не спасёт. Это раньше можно было быть полной тварью и нести любое дерьмо, прикрываясь своей сединой. А сейчас сдохнет так же, как и все остальные. даже чуть хуже.