— Каша, кусок мяса да кружка эля… А сейчас столько продуктов в расход пойдет…
— Заткнись, Кетти, — добродушно сказала госпожа Розмари и толкнула ее в аппетитный бок. — Ты страдаешь не из-за продуктов, а потому что тебе придется работать!
— И это тоже… — вздохнула она и со смехом добавила: — Может мне уйти в таверну к старому Биргусу? Будем с ним хлестать эль и кормить блох, лежа на грязных тюфяках…
Все снова принялись хохотать, пока я не прервала их, постучав по столу.
— Мы еще не закончили.
Женщины замолчали, а Риви макнула перо в чернила и замерла в ожидании.
— День пятый. Суп картофельный, макароны, гуляш, пирожки с джемом и компот. На два остальных дня придумаю потом, — я собралась было налить себе чаю и немного передохнуть, но Риви удивленно произнесла:
— Почему два? В рундине девять дней…
— Я сказала два? — я сделала невинные глаза. — Наверное, оговорилась. На остальные четыре.
Значит, в их неделе девять дней… Ужас какой… Сколько же мне еще предстоит узнать!
Весь остальной день мы провели на ногах.
Госпожа Розмари периодически забегала на кухню, чтобы напомнить Кетти о грязной посуде и восторженно поохать. Она трепала нас с Риви за щечки, обнимала и показывала полный карман монет.
Забежав в очередной раз, она умылась холодной водой и воскликнула:
— Пусть боги благословят тот день, когда вы постучались в лесную хижину, даже если вы лесные духи и прикидываетесь милыми девицами!
Старушка расцеловала нас в обе щеки и снова умчалась в зал, а мы переглянулись и рассмеялись.
— Мне хочется упасть и заснуть, — сестра вытерла последнюю вымытую тарелку и устало опустилась на стул. — Но все-таки это лучше, чем свадьба с бароном!
— Конечно, лучше! — поддержала я ее. — Мы свободны! А это — самое прекрасное, что может быть у человека! Свобода!
— Так ли хороша она? — Риви грустно посмотрела на меня.
— Ты знаешь, есть легенда о прекрасной птице, которую посадили в клетку. Она погибла, и причиной ее смерти было отсутствие свободы. Сначала она замолчала, переставая радовать всех вокруг своим пением, затем отказалась от еды, воды и, наконец, умерла.
Свобода — это жизнь, Риви, и ни минуты не сомневайся в этом. Выбрав свободу — ты выбрала себя.