Ее тонкая талия, обтянутая нежным шелком, дивные розы, расцветшие на ткани, словно живые, лукавые глаза и нежная улыбка, завораживали. Пусть Матильда и не пыталась как-то самовыразиться в танцевальных па, а всего лишь следовала стандартному рисунку, но ее глаза пленяли меня, они будто скрывали на дне зрачков какую-то тайну, и я не мог отвести от нее взгляд.
Закончив, я поцеловал руку своей леди и проводил ее на место, а сам заметил, что сияющий улыбкой Джозеф смотрит на меня, явно намекая, что хочет получить мое внимание.
Заметив, что я иду к нему, Джозеф развернулся и независимо направился к стене за колоннами, где понятливый слуга отодвинул перед ним одну из золотистых портьер, драпирующих стены, за ней обнаружилась дверь. Я скользнул следом за принцем и поежился от ледяного влажного воздуха — мы оказались на одном из балконов, выходящих на королевский парк.
— Ты хотел поговорить? — осведомился, зябко поведя плечами.
— Что ты там к своей маркизе будто приклеился? Ты выяснил, для встречи с кем она пришла на бал? Заметил подозрительные контакты?
— Она пришла, чтобы вывести дочерей в свет, — мягко ответил я.
— Она обвела тебя вокруг пальца, — рыкнул Джозеф.
— Глупо искать черную кошку в темной комнате, особенно, если там ее нет, — хмыкнул я, повторяя фразу, которую услышал от Матильды. — Она не делает ничего предосудительного.
— По крайней мере, при тебе, — поправил принц.
— Почему ты так раздражен? Тебя Флоренс обидела? — предположил я.
Джозеф ожег меня возмущенным взглядом:
— Я тебе не ребенок, чтобы «обижаться», — отчеканил он.
Я скептически приподнял бровь, окинул его взглядом.
— Она тебя раскусила? — предположил наобум.
Красные пятна, появившиеся на щеках принца, громче слов говорили, что я попал в точку, но он лишь фыркнул:
— Вот еще, я был осторожен в словах, я же профессионал, — он горделиво сложил руки на груди.
— Но?.. — продолжил я.