Уверенный, бесстрашный юноша вновь будоражит мое сознание, несмотря на то, что я знаю, что сейчас, сегодня, его больше нет рядом. Он не спасет, не придет на помощь. Но чтобы не чувствовать боли и страха я крепче сжимаю веки и жадно цепляюсь за воспоминания и представляю, как прикасаюсь к его точеным скулам, обвожу чувственный контур губ кончиками пальцев. Возможно ли влюбиться в девять лет? Возможно ли в этом возрасте встретить свою судьбу и тут же ее потерять?
Бог явил мне идеал мужчины, и покарал меня за мои грешные мысли, посещавшие в том юном возрасте.
Кровь и пепел на его белой рубахе. Жесткий неумолимый голос бьет наотмашь:
«– Беги. Времени мало. Беги же, глупая!
– Возьми, они тебя защитят, я сама их сделала. Я буду молиться за тебя.
– Беги, я сказал! Спасайся!
– Как тебя зовут?
Как тебя зовут?»
Эхом звучат, мелькают и ускользают в моей памяти воспоминания, слова, звуки, лица.
Я сильная. Мне не больно. Не страшно.
Глухой звук, едва ощутимая вибрация. Возможно, это я упала, скользнув на пол по стене. Еще один резкий щелчок, и я распахиваю глаза. Я все еще жива. Я сижу на полу в той же позе. У моих ног, завалившись на бок, лежит Мааб. Его глаза раскрыты, под головой расползается лужа крови вместе с белесыми прожилками.
Это лучшее, что я могла увидеть. Больше не будет жертв.
Я вижу, как чьи-то сильные мускулистые руки с бугрящимися венами в закатанной по локти синей рубашке, подхватывают тушу Мааба подмышки, оттаскивая в сторону, и перевернув, швыряют как мешок с тухлым мясом, на его спине еще одна зияющая рана.