И я дала ему свое, выдуманное. И только сейчас, сопоставив Джейдана и этого мальчика из моего давно забытого прошлого, поняла, что неосознанно, будто случайно, называла его… al`asad."
"Мог ли тот мальчик выжить в мечети, где смерть, подобно парам летучего яда, овладела каждым сантиметром пространства? Здравый смысл кричит мне «нет», и я склонна верить ему… должно быть, во мне говорит дикое желание, слепая вера в то, что мой al`asad жив и вернулся за мной.
«Если суждено, я найду тебя», – мурашки медленно атакуют область затылка и плеч, стоит мне вспомнить брошенное напоследок обещание Престона.
Все это время, мое упрямство, вся напускная бравада «сильной и дерзкой» были лишь способом защитить свои нерушимые стены, и убежать от той части себя, какая проявляется во мне, когда я нахожусь рядом с ним. Возможно, истинной части меня. Девочки, рожденной на землях Востока. Я забыла о ней, забыла о том, кто я, когда поняла, что возвращаться к матери и отцу, братьям и сестрам, к детским мечтам о принце, белому солнцу и скрывающей тело парандже – слишком больно.
Слабая, безвольная Эрика, зависимая от мужчины.
Пока я не желаю ее видеть, я не принимаю ее. Слишком долго училась быть сильной, слишком долго рядом не было никого, кто бы затмил в моих глазах того спасителя.
Мало кто знает, что девушка, которая источает притягательную и сексуальную энергетику на фото, и выглядит, как развратная жрица, очень давно не занималась сексом. И, честно говоря, нет никакого желания искать себе партнера, впускать кого-то в свое тело, после грубых действий Престона и больного «ядовитого любовника» который чуть было не замарал меня окончательно.
Возможно, я обманываю себя. Возможно, на Земле есть человек, с которым я до безумия хочу близости, но это всего лишь один из трех миллиардов мужчин. Мужчину, который все это время также носил железную и непробиваемую маску. Сейчас Джейдан исчез, и теперь наконец, раскрылись все факты о якобы бедном и неприкаянном творце, заблудшим в Нью-Йорк.