Смотрит на меня так, будто ничего особенного не произошло.
– Приятного аппетита! – выпаливаю.
Я запускаю в него банку с бульоном. Но промахиваюсь. Стекло разбивается о стену над кушеткой, а не о голову этого мерзавца."
"Разворачиваюсь и пулей вылетаю из палаты. Дрожь негодования сотрясает тело.
– Лика! – вопит гад и мчится за мной. – Лика, ты чего?
Подонок. Всерьез спрашивает? Нет, он явно издевается.
Я лихорадочно жму на кнопку, но лифт не спешит прибывать на этаж. Решаю спуститься по лестнице, однако Волков перехватывает меня на первом же пролете.
Черт возьми, почему даже сейчас он не выглядит по-идиотски? Бульон стекает по его лицу, но ни капли не портит.
– Лика, – гад вглядывается в мои глаза. – Да что случилось? Мне же процедуру делали. Каждый день. По графику. Сегодня чуть задержались. Лика?
– Пусти, – шиплю и вырываюсь. – Пусти сейчас же! Убери руки.
Наконец, умудряюсь вывернуться и залепляю ему звонкую пощечину. А после еще одну, и еще.
Волков опять хватает меня.
– Охренеть, – рычит. – Да что на тебя нашло?
– Догадайся, – фыркаю и кривлюсь. – Ладно, не важно. Развлекайся дальше. По графику или что там у вас. Просто я не думала, что ты станешь вытворять подобное прямо в палате. Это же клиника, а не притон.
– Блять, мне тупо массаж делали, – хмурится и оскаливается. – Ты чего там себе навертела?
Кошмар. Еще и отрицает.
– Прекрати, – заявляю раздраженно. – Что это за массаж такой? Ртом? Все, не хочу выслушивать твое вранье.
– Подожди, – щурится. – Реально массаж. Обычный. Одна девка разминает, другая подключает прибор. Там особый агрегат. Микротоки. Короче, хрен разберешь суть. Но я же могу запись с камер врубить. Сама убедишься.
– Боже, ты это еще и записываешь, – бормочу, ощущая, как меня моментально передергивает, вообще, каждое его слово кажется чудовищной пошлостью.
– Лика, – он встряхивает меня. – Круто твоя фантазия разыгралась. Это Тимур здесь камеры установил. Ради безопасности.
Память подбрасывает отрывки разговора с Павлом Аркадьевичем. Черт, он и правда упоминал про видеонаблюдение. Важного пациента не только верзилы сторожат.
– Ты можешь все мои дни изучить, – продолжает Волков. – Ночи тоже. Четко по записям. Блядь, скрывать нечего. Зацепила, Бэмби.
– Хватит, – решительно отстраняюсь, сбрасываю его руки со своего тела. – Это не важно. Мне уже пора.
– Куда? – хрипло спрашивает Волков.