У меня даже мысль возникла, что, может, она решила вопрос как-то иначе?
Но нет, оттащив меня в сторону, Машкова взахлёб рассказала, как вчера неожиданно заявился папаня, как она хотела заныкать девочку на балконе, надеясь, что отец свалит, но он, словно ищейка учуял неладное и начал рыть. Как нашёл девочку, как расспрашивал обо всём – на удивление спокойно, хотя Ленка уже с жизнью попрощалась… Какие страсти рассказал о людях, «держащих» попрошаек – Ленка и не думала, что всё настолько серьёзно.
Прибьет, не прибьёт, наигранно смеялась Ленка, а вот лишить бабла и обещанной квартиры точно может.
Она рассказывала всё это вроде как между делом, стараясь показать своё независимое отношение к отцу… Но я-то видела – она им гордится. Тоже самое я видела в тот раз, когда она передавала мне от него записку с Зойкиным телефоном.
Она гордилась… а я ревновала. Господи, ну ведь не придумаешь ситуации дебильнее – ревновать к дочери. И всё же, отчаянно делая вид, что мне как бы пофиг, я чувствовала, как плывёт под ногами земля. Денис сразу везде, сразу для всех… А я?"
"А мне бы охнуть под тяжестью его тела, или услышать, как он смешно, нараспев называет меня своей Мила-а-хой, или хотя бы просто посидеть молча рядышком, переплетясь с ним пальцами… Но я не видела его уже вторую неделю и даже не знала точно, когда увижу.
Зато у тебя есть серебристая норка и личный водитель, Кобыркова, и живёшь ты в элитном квартале в самом центре города. Потому что ты любовница. Наслаждайся! Или возвращайся к маме.
Глава 19
Если бы я была внимательнее, то, наверное, сразу бы заметила неладное. Но я погрузилась в свои мысли, да и как там эти знаки предписывают парковаться, если честно, понятия не имела.