Во-первых, местные жители австрийцев не любят, а во-вторых, охраняя пленных, можно неплохо подзаработать. Конечно, по крестьянским меркам неплохо, а по моим сущие копейки. Совершенно непонятно, куда девать австро-венгерские кроны, составляющие больше половины купюр, добытых моим денщиком. Фунты стерлингов пригодятся в деле недопущения сползания России в клоаку революций, а вот кроны пойдут на содержание австрийских пленных.
Такая постановка вопроса привела меня в хорошее расположение духа. А что же вы хотите – содержать пленных за счет самих же австрийцев.
Это был высший класс, и до этого мог додуматься только выходец из XXI века. По крайней мере, мне так хотелось думать, представляя себя «великим комбинатором». А еще мое настроение подняло появление в пределах видимости «Опеля». Этот наш импровизированный БМП двигался впереди большой колонны автомобилей мехгруппы, принимавших участие во фронтальной атаке на дзоты противника. Автомобили передвигались медленно, но все равно ползли, снова перемешивая грязь этой ужасной дороги.
Примерно через полчаса я уже слушал доклад командира мехгруппы об итогах операции. Я не стал говорить поручику Хватову, что наблюдал за тем, как его ребята захватывали дзоты. Этим можно было нарушить боевой кураж, который охватил поручика. Он гордился, когда докладывал о том, как его ребята захватывали дзоты. А теперь ему не терпелось атаковать и неприятеля, засевшего на станции. Так что нельзя было сбивать у командира мехгруппы этот боевой настрой.
А скажи я ему, что видел, как его десантники пинками выгоняли из дзотов полуживых от пьянства австрийских солдат, свершения мехгруппы по взятию вражеских дзотов вызовут только улыбку. Боевой настрой поручика пропадет, а мех-группе, вполне вероятно, вскоре предстоит вступать в бой на станции. Если Бегильдееву не удастся ошеломить австрийцев на станции внезапной атакой, то там разгорится настоящий бой. Сил у князя мало, и придется мехгруппе прийти ему на помощь. Тут уж будет не до моих наполеоновских планов как можно скорее направить подразделение Хватова на восточную окраину Ковеля.
Выслушав доклад поручика, я вынес благодарность за отличные действия его подразделения. Затем приказал выделить из состава мехгруппы три десантных отделения для охраны пленных и через двадцать минут выдвигаться в сторону станции. Как я и думал, поручик с энтузиазмом отнесся к этому приказу – адреналин еще гулял в его крови, и организм требовал продолжения боя.
