Мы уже почти дошли до Валеркиного дома, заброшка отсюда хорошо просматривалась. Мне показалось, что в одном из окон мелькнула вдруг чёрная бесформенная тень. Я повернулся к Валерке и решительно сказал:
– Тайгу помнишь? Ута нас туда привёл.
Валерка смотрел на меня дикими глазами, вращая белками, и мне казалось, ещё немного, и он бросится от меня прочь, как от сумасшедшего.
– Какой ещё Ута?
– Дух, который шаману помогает. Шаман умер, а наследника у него не было, а тут мы. И Ута, он помощник, он привёл нас в тот мир, к шаману.
Валерка потёр лоб, и сел прямо на обочину в заросли полыни.
– Генка, ты сейчас что такое говорил-то? Тебе плохо что ль? Может температура, а?
– Да здоров я, – рассердившись, ответил я ему, – Я же помню, а почему ты ничего не помнишь?
– Расскажи, а? – попросил Валерка, – Может что-то и промелькнёт.
Я вздохнул и, бросив портфель в траву, присел рядом с Валеркой.
– Помнишь, мы с тобой спрятались в каком-то чулане от этого чёрного Лизуна?
– Это помню. Дальше – нет.
– Он вломился к нам в чулан, выдавил дверь своей массой, и ввалился. Нас с тобой накрыл своей тушей. Этот Лизун, как бы это выразиться… Засосал нас в себя. Он словно проход, дыра вне времени. Бегает между мирами, куда ему вздумается. А миров много.
– Не-а, – ответил Валерка, – Сказки какие-то. Это тебе мама, что ли на ночь читала?
– Я тебе тут стараюсь, рассказываю, а ты меня, значит, во вранье обвиняешь, да? – обиделся я, – Ну, и оставайся тогда, а я пошёл.
– Куда пошёл?
– Домой, куда ещё-то.
– Да погоди, дальше-то расскажи что было? – подскочил Валерка и, подобрав свой портфель, побежал вприпрыжку рядом со мной по дороге, – Не обижайся, Генка, просто я честно не помню, а ты такие вещи рассказываешь.
– Ладно, – смилостивился я, – Слушай. Ута нас перевёл в мир духов, Тонкий мир, там шаман теперь живёт, после того, как давным-давно он умер в этом мире. Мы с тобой шли по тайге. Потом пришли к юрте. Там Ута оставил нас.