— Степан Дмитриевич, укус собаки здесь. У хирурга занято, — доносится из-за ширмы.
— Обрабатывай, ставь сыворотку. Я ещё не закончил. Потом к хирургу…
Сажусь на кушетку, прижимая к себе сына. Стеф, застыв взглядом в пространстве между нами, крутит в руках пачку сигарет. Из-за ширмы — голос мужчины и медсестры.
А мы молчим… периодически встречаясь виноватыми взглядами. Дверь кабинета хлопает.
— Вик, — сглатывает он. — Я тогда накосячил… Ты на таблетках?
Киваю, опуская глаза. От воспоминания его «косяка» бросает снова в краску.
— Точно?
— Мхм…
Илья, улавливая атмосферу, вдруг отрывает от экрана глаза. Смотрит на нас по очереди. Стеф ему улыбается. И совершенно неожиданно Илья выдаёт, доверчиво глядя ему в глаза:
— А папа маму ударил.
Улыбка на лице Стефа застывает.
Задохнувшись от стыда, я открываю рот, чтобы это опровергнуть. Отрицательно качаю головой. Это как рефлекс. Мозгами понимаю, что стыдиться надо не мне! А горит внутри так, словно это я опозорилась!
— Из-за тебя, что ли, травма? — кивает Стеф на ступню Илюшки, видимо, пытаясь отыскать хоть какое-то оправдание этому позорному факту.
— Нет! Он с Борисом был…
Сверлит меня требовательным взглядом. Но не выносить же всю ту грязь, что между мной и мужем?
— Из-за меня?! — подскакивает на ноги. — Ты рассказала??
— Нет, — покаянно отвожу взгляд. — Я позвоню с твоего, можно? Батарейка села…
— Куда?
Стук двери.
— Степан Дмитриевич, там отец ребёнка интересуется, скоро ли?
— Скажи: ещё полчаса. Под наблюдением после препарата.
Набираю отца. Скидывает несколько раз подряд. Занят…
Набираю маму.
Смяв в кулаке пачку сигарет, Стеф мечется.
— Да, дорогая? Что-то срочное? Я в гостях! Привет тебе от Галины Павловны…
— Спасибо. И ей привет. Мам… Можно мы с Ильёй у вас поживём?
— Что?..
— Я… ммм… поссорилась с Борисом. Нам некуда поехать.
— Что за бред, Вика? Что значит — поссорилась? Тебе десять лет? Извинись! И вопрос закрыт.
— Я не буду извиняться. Он ударил меня.
— Что ты такое говоришь? Я сейчас ему позвоню и всё улажу.
Мне так неловко. Телефон настроен громко, и Стеф слышит каждое слово, не сводя с меня гневного взгляда.
— Не надо ему звонить! — нервно срываюсь я. — Я всего лишь попросила приютить нас временно."
"— Нет, а я позвоню! Я поговорю с ним! Пусть извинится тогда он и закроет эту ситуацию, — пьяно растягивает слова. — Ссоры бывают у всех, дорогая. Но ложиться спать нужно в одну кровать, помнишь? Иначе твоё место займёт…
Скидываю вызов. Протягиваю телефон Стефу.