— Чшш… Тихо, тихо, — сказал я, удерживая рукой предохранитель и отцепляя ее тонки пальцы от спускового крючка, на который она давила что было сил и пыталась направить ствол на пленных, — Маша, они свое получат, обещаю… идем.
Сесть на снегоход Маша смогла только боком, осторожно обняв меня одной рукой а второй подобрала полы тулупа, колотило ее сильно, то ли от пережитого, то ли от мороза… Прежде чем тронуться, вызвал по рации Наталью и сказал ей чтобы приготовилась к приему, а именно нагреть воды и из одежды что-то подыскать.
Вернувшись к месту боя, сразу направился туда, где стояли Вовка и Сережка, контролируя, как пленные засыпают своих мертвых друзей снегом, вручную. Пока иду вызвал Юру.
— Юра, с оставшимися тремя что?
— Как что? Я их уже к расстрелу приговорил, они правда еще этого не поняли… или ты не согласен?
— Очень даже согласен! Я сам.
— Уверен?
— Более чем.
— Ну хорошо, — ответил Юра стоя в кабине и наблюдая, как я захожу в лес сдергивая с плеча автомат.
— Андрей…
— Что?
— Допросить бы сначала.
— Понял… — немного расстроился, но Юра прав, — допрошу.
— Я сам, иду… а то чувствую дознаватель из тебя хреновый сейчас.
— Жду.
Действительно, сказать что во мне все кипело, это ничего не сказать, я был сам на грани срыва… Маша, маленькая, хрупкая девушка, да что там! Почти ребенок, все тело в синяках, сотрясение как минимум, не говоря уже о других проблемах, физиологических, психических, как бы еще кровотечения какого-нибудь внутреннего не было.
— Вов, дайка сигарету, — подошел я к нашим конвойным.
— Чего это? — удивился он.
— Дай… пожалуйста… сигарету… — медленно проговорил я.
Вовка даже попятился после того как встретился со мной глазами, полез в карман и протянув мне пачку и зажигалку сказал:
— Андрюх… ты в порядке?
— Нет! Нет бля! Не в порядке, — вызверился я на друга, — весь этот гребаный мир сука не в порядке, и его давно надо было кончить, хоть ядерной зимой, хоть метеоритом, похрен! Посмотри на этих уродов… они же нелюди!
— Все верно, — положил мне на плечо руку подошедший Юра, — все верно, нелюди… Я подержу это пока?
Не дожидаясь ответа, Юра забрал у меня автомат.
— Ты вот покури пока посиди, а я пойду, пообщаюсь, хорошо?
В знак согласия я плюхнулся задницей в снег, кое-как подкурил сигарету трясущимися руками, сделал глубокую затяжку и даже не закашлявшись, выдохнул.
24
— Ну, и что мы имеем в сухом остатке? — спросил Юра понизив голос и покосился на спящую на диване Машу.