— Но ведь он засветился!
Я вздохнула. Защитница, дай мне терпения.
— Он может погаснуть. В любой момент. И тогда всё. Байрон, срочно восстанавливайте нашего подопытного и отправляйте ко мне. Дальше я буду работать с ним в обычном формате. Выбери для экспериментов кого-то другого, и начнём с родовой магии.
Асириус глядел на меня бешеным быком, раздувая ноздри, и я не выдержала — всё-таки повысила голос:
— Да включи ты уже голову наконец! Да, один шаг мы сделали, но куда идти дальше, я понятия не имею, а пока буду думать, может случиться что угодно.
— Ладно, — процедил Байрон. — Тебе виднее.
И, развернувшись, пошёл по направлению к операционным, зло чеканя шаг.
* * *Ближе к обеду, явно улучив время между операциями, с Бертом по браслету связался Валлиус.
— Как себя чувствует наш больной? — главный врач императорского госпиталя блестел лукавыми голубыми глазами за стёклами неизменных очков.
— Ты надо мной поиздеваться хочешь, да? — Арманиус фыркнул. — А-я-яй, как вам, ваше докторство, не стыдно, смеяться над больными людьми…
— Ты не больной, ты выздоравливающий. И это, кстати, видно. Эн только что забегала, отчиталась мне быстренько, вот я и решил на тебя посмотреть. Отлично выглядишь, Берт, скоро вновь будешь бороться с порождениями Γеенны Арчибальду на радость.
Вот же вредный старикашка.
— Слушай, Йон… А как так получилось, что за все годы учёбы Эн я ничего про неё не слышал?
Валлиус взглянул на Берта поверх очков, и во взгляде этом было всё ехидство мира.
— Ты у меня спрашиваешь?
— У кого еще мне спрашивать?"
"— Хм… у себя не пробовал?
— Пробовал.
— И как?
— Кроме слов «я идиот» ничего на ум не приходит.
— Ну вот, — Брайон торжествующе улыбнулся, — очень хороший ответ, мне нравится. Подтверждаю.
— А если серьёзно?
— Берт… — Валлиус покачал головой.
— Но почему ты мне даже ни разу не похвастался? Это же отличный способ утереть мне нос, с учётом того, что я был против её поступления…
— А оно мне надо? — Брайон возмутился.