— Кроме того, когда я вообще последний раз кому-либо хвастался своими достижениями или достижениями своих учеников, ты помнишь? Надо мне это больно! — Повторил Валлиус еще раз не менее возмущённо. — И как я в принципе мог что-то тебе говорить об Эн, если она тебя…
Главный врач императорского госпиталя вдруг словно поперхнулся воздухом, надулся, побагровел и, рявкнув:
— Ладно, мне некогда. Выздоравливай! — прервал связь.
Арманиус удивлённо покосился на браслет.
«Как я в принципе мог что-то тебе говорить об Эн, если она тебя…»
Если она тебя… что?!
Что, демоны его раздери?!!
* * *К вечеру вновь начался снегопад.
Снежинки сыпались с неба, словно белые мухи, налипая на ресницы и волосы, и хотелось как в детстве — открыть рот и ловить их губами и языком.
Почему-то было грустно. Хотя впереди — праздник перемены года, я всегда его любила. Наряженная игрушками ёлка, подарки, три дня каникул. В ночь с субботы на воскресенье народ будет гулять и радоваться, а у меня на душе отчего-то тревожно.
Медленно к белому зданию госпиталя подрулил знакомый мне магмобиль, и только тут я наконец вспомнила, что обещала его высочеству прогулку по оранжерее. Эта мысль меня немного приободрила. Каким плохим бы ни было настроение, увидеть уникальные растения однозначно хотелось.
Императорский дворец возвышался над набережной — он, окружённый танцующим в небе снегом, казался вышедшим из сказки. Сказки… Я плохо помнила их. Кажется, с тех пор, как я попала в приют, я не прочитала ни одной.
Будет ли мне позволено заниматься наукой? Работать в госпитале? Встречаться с Роном хотя бы пару раз в месяц? Защитница, и ведь он ещё ничего не знает… А слухам не верит.
Магмобиль остановился, и мне помогли выйти наружу. Я уже намеревалась ступить на парадную лестницу, когда слуга, встретивший меня возле дворца, сказал:
— Вам не сюда, айла Рин.
Мы шли по заснеженному парку, освещённому белым светом от ярких — и кстати, немагических! — фонарей, и я всё больше убеждалась в том, что угодила в сказку, настолько вокруг было возвышенно и красиво. Снег серебрился, резные скамейки тоже блестели от инея, и деревья были в снежных одеждах.