Фацио тяжело опустил голову:
— Что с Дженарро?
Джулия вздохнула:
— Еще не знаю. Вчера я сменила ему повязку, а утром должен был зайти Мерригар. Я его еще не видела. Я беспокоилась о вас. Но, полагаю, он уже принес бы дурные вести.
Фацио поймал ее руку, мягко сжал:
— Ступайте сейчас же. Узнайте о Дженарро и зайдите на кухню. Прикажите, чтобы сюда подали завтрак. Они оставляют все на столике у дверей покоев. Вам придется забрать. Обычно это делает Дженарро…
— Приказать…
Он сразу понял, что она имела в виду:
— От моего имени, если вашего слова им окажется недостаточно.
Джулия чувствовала, что вопреки желанию неуместно краснеет. Это прозвучало многозначительно. Она поспешила подняться, но Фацио не торопился отпускать ее руку.
— Я очень хочу узнать, как ты оказалась в подземелье.
Джулия кивнула:
— Я все расскажу — мне нечего скрывать. Надеюсь, и вы ответите откровенностью.
Фацио ничего не пообещал, опустился на подушки и прикрыл глаза.
Мерригар уже побывал у Дженарро. К счастью, тот пережил эту ночь. Он был заново перевязан и, похоже, спал. Его поросшая рыжеватыми волосами широкая грудь мерно вздымалась. Джулия отдала распоряжения на кухне, забежала в свои покои с затаенной надеждой отыскать там Альбу. Разумеется, безрезультатно. Она забрала шерстяную шаль и направилась обратно. Миновала галерею и увидела у самой лестницы, как тираниха, в сопровождении неизменной Доротеи, мерзкого кота и пары служанок направляется на половину Фацио.
Глава 49
Джулия прекрасно понимала, что тираниху вывернет от злости. Но сейчас эта мысль доставляла какое-то нездоровое наслаждение. Оно отчего-то превратилось на языке в пряный привкус меда. Она почти смаковала его. И очень хотелось увидеть перекошенное холеное лицо, заломанные руки, закатанные глаза.
Джулия уже вполне могла себе представить, какой спектакль здесь разыграется. Но пасовать больше не собиралась. Довольно.