Лишь аптекарский огород сравняли с землей — Джулия не хотела, чтобы в этом доме оставалась хотя бы капля яда. Фацио полностью поддержал это решение. Мерригар попросил освободить его от должности. Лекаря ни в чем не обвиняли, но он решил, что так будет правильно. Он собрался далеко на юг, к диким островам, сказал, что мечтает сделать какое-нибудь важное открытие. Разыскать невиданное прежде растение или зверя. Его не держали. Джулия искренне хотела, чтобы все кругом были счастливы. Даже тираниха…
С отъездом тиранихи дом преобразился.
Тиранихе ничего не оставалось, как только выполнить приказ своего сына. Но и здесь она умудрилась поторговаться, намереваясь запереть вместе с собой в монастыре несчастную Доротею. Искренне считала, что та должна была слепо следовать за ней даже на плаху. Из преданности и вечной благодарности, разумеется. Бедняжка едва не сошла с ума от такой заманчивой перспективы.
Лапушка всполошился, соскочил с колен и кинулся к двери. Створка покачнулась, и показалась сияющая Розабелла с руками за спиной — наверняка что-то прятала. Она была в голубом атласе. Том самом, который Джулия припасла для нее. Это платье, украшенное жемчугом, сшили к свадьбе, но девчушка никак не могла расстаться с ним — надевала почти каждый день, вероятно, наделяя его каким-то особым для себя значением.
Она нагнулась, погладила Лапу, который норовил запрыгнуть на руки.