Ну, не может она оставить человека голодным! Каждый первый её знакомый сказал бы, что она сошла с ума. Что в наш век нельзя оставаться настолько наивной дурочкой, чьей добротой пользуются все кому не лень.
Но Ирина не хотела очерствляться. Не хотела превращаться в бессердечную стерву, прокладывающую себе дорогу в светлое будущее, как принято говорить, по чужим трупам.
Пусть это делают другие…
Она будет жить с чистой совестью.
И её уровень жизни касается только её.
Девушка оттолкнулась от двери и решительно направилась на кухню.
Ирина быстро сделала большой бутерброд, в большой пластмассовый стакан налила кофе, посластила его и добавила сливок. Сверху накрыла крышкой.
Минимум, что она может сделать. Уже собираясь выходить, порывисто открыла ящик, достала пакет, в него сложила яблоко и два банана — то, что попало на глаза.
Все эти нехитрые манипуляции она проделывала на автомате, с не утихомирившимся ещё сердцебиением.
В глубине души Ирина хотела, чтобы незнакомец ушёл.
Что мешает ему встать и так же, перепрыгнув через забор, скрыться в темноте?
И больше никогда не появляться?
Ничего.
Но он сидел на том же месте, в той же позе.
Ирина открыла дверь и замерла. Очень сложно оказалось сделать навстречу ему первый шаг.
Она боялась.
Кто-то назвал бы её глупой и неразумной.
— Держи.
Она сказала, ещё даже не спускаясь. Ноги налились тяжестью, словно к икрам привязали по пудовой гире. Сдвинуть их оказалось сложно.
Мужчина снова медленно повернул голову в её сторону.
Девушка ожидала, что он встанет, направится к ней, примет пакет, кофе, бутерброд.
Но он как сидел, так и продолжил сидеть.
Точно не в себе.
Черт…Черт. Черт!
Ирина снова прикусила губу.
И заставила себя спуститься. Раз подписалась, то нечего теперь сдавать назад. Она всегда может закричать. Что он способен с ней сделать? Ирина оборвала себя. Не стоит думать о плохом, к тому же она специально не стала закрывать дверь, чтобы создать дополнительный свет от коридора. И в случае, если она закричит, кто-нибудь её да услышит.
— Вот, — она подошла к нему, но приближаться близко не стала. — Возьми.