Она, хоть и дура, но хорошая. Настя — единственная, кого я могу, хоть и с натяжкой, назвать подругой. Но личное не имеет значения. Будет мешать — исчезнет.
— Хорошо, моя девочка, — улыбнулся мужчина. — Мне очень нравится то, что интересы рода ты ставишь выше своих. Я горжусь тобой. А теперь отдыхай, а я отдам распоряжения. Раз нам нужно, чтобы Багрянин выжил, значит, так тому и быть.
Уж точно не Мышкину тягаться с нами по силе и возможностям. И видимо, мне придется переступить через себя и отправиться на прием во дворец, чтобы осторожно прощупать настроение императора и, быть может, понять, чем их так заинтересовал Тимофей.
Посмотрев, как закрылась дверь за его дочерью, он устало откинулся на кресле. Расстегнув рукав рубашки, он посмотрел на черное пятно, расползающееся по руке. Рядом с ними вены почернели и пульсировали в такт сердцу. Осторожно дотронувшись до этой отметины, он, как и раньше, ничего не почувствовал.
Рука в этом месте будто онемела, периодически давая о себе знать вспышками боли.
— У нас еще есть время, мы должны успеть, -прошептал он, привычно закидывая в рот таблетки, чтобы снять боль. Эфир избавиться от нее не помогал, вот и приходилось пользоваться лекарствами для Пустых. — Иначе эта гадость вырвется на свободу и история повторится…
Где то, пока неизвестно где.
— Ты ошибся, Саладор, и твои действия едва не привели Тайную Канцелярию к нам! О чем ты только думал, отправляясь к нему один?!! —орал пожилой человек, закутанный в белый балахон. Нижнюю половину его лица скрывала маска. На кровати перед ним лежал мужчина не намного моложе его, полностью обмотанный бинтами. Его руки, надежно привязанные к спинке кровати, постоянно дрожали.
— А я вам говорила, Мастер, чтобы вы отправили меня, а не этого неудачника, -влезла рядом стоящая девушка.
— Помолчи, Серена, у тебя еще будет шанс все исправить. Теперь к тебе — я отброшу все мысли о твоем своеволии и желании возвыситься, выполнив задание не так, как было приказано, а так, как захотелось тебе.