С другой стороны нашего разбитого авто, остановился ещё один внедорожник, откуда тоже посыпались люди. Напротив которых оказался, покинувший своё место Хён Ву. Я же остался один на один, сразу с четырьмя противниками. Из оружия — ручка, сжатая в правой руке. И память. Слишком мало, чтобы рассчитывать на победу.
Первого мне удалось обвести вокруг пальца, сделав ложный рывок с имитацией атаки, а потом бросившись в обратную сторону. Такого приёма от офисного клерка тот явно не ждал. И потому был изрядно удивлён, когда стержень ручки вонзился в его шею.
Следующие двое атаковали одновременно. И тут в игру вступила чистая физика — пара подготовленных бойцов против одного офисного работника. Вооружённого только ручкой.
Впрочем, от первых ударов, мне уклониться удалось. Потом я бросил взгляд за их спины.
— Вот и всё! Сдавайтесь!
Фокус был стар, как мир.
Рывок вперёд. Удар. Ручка пропорола щёку тому нападавшему, что оглядывался назад и он завопил от боли. А вот его напарник сразу же ринулся в атаку.
Левую руку ожгло болью. Отпрыгнув назад, я избежал второго удара, что был нацелен мне в голову. И воспользовавшись тем, что противник вынужден гасить инерцию движения, кинулся вперёд.
Изначально я целился в глаз.
Тот разжал пальцы на дубинке и заорал, прижимая руки к лицу. Машинально вцепился в моё импровизированное оружие и то выскользнуло из пальцев — кровь сработала, как смазка, ослабив контакт.
Раненный противник сделал несколько шагов назад, деморализованный и потерявший волю к продолжению боя. Но слева на меня уже надвигался четвёртый.
Правда, теперь его не было. А моё оружие валялось где-то на асфальте. Не говоря о том, что левая рука упорно не желала нормально двигаться.
Я отступил назад. Потом сбоку мелькнула женская фигура и противник неожиданно закричал, кинувшись в сторону.
Чжи, которая держала в руках тот самый флакон духов, которым предлагала запустить в машину преследователей, на момент замерла.