А потом, как черти из табакерки, появились провинциальный князь и какой-то нижегородский мужик — и «перевернули стол»… Сейчас всё начинало напоминать тот давний кошмар.
Курбинин нервно наблюдал за Ровяковским, понимая: тот тоже на грани. Люди из спецслужб молчали. Молчал и Верховный, темный управляющий, что держал нити, ведущие в потусторонний мир. От него тоже не поступало ни приказов, ни сигналов — лишь гнетущая тишина. Внезапно зазвонил телефон. Максим поднес трубку к уху — звонил его человек из ФСБ.
— В общем, так, — Ровяковский бросил трубку и повернулся к Курбинину, — твой хороший знакомый сейчас в Старо-ваганьковском переулке. Бери моих людей из службы безопасности и выдвигайся. Не знаю, сможешь ли взять живым… Но убрать — обязательно. Его надо остановить.
***
Из размышлений о том, куда пропал нищий, Ростислава вывел виброзвонок телефона. На экране определился номер Хворостина.
— Все нормально? — спросил Росс, приняв вызов.
— Ты куда пропал? Вроде сказал, что ненадолго.
— Возможно, — коротко ответил Росс, — забаррикадируйтесь и сам будь там — охраняй Воротынских. Сейчас они могут пытаться меня остановить через что угодно.
«Быстро прочухали», — подумал Росс, вспомнив слова Кудеяра о том, что, как только посох окажется у него в руках, силу этого артефакта увидят все и объявят на него охоту.
Отключив связь, он взглянул в сторону Кремля. До колокольни Ивана Великого по прямой было меньше километра, десять минут быстрым шагом… Но чутье уже подсказывало ему, что этот путь будет непростым и кровавым."
"Морозный воздух дрожал почти невыносимым напряжением, словно в предчувствии удара.
Внезапно тишину разорвал визг тормозов. Из черных внедорожников высыпали фигуры в масках. Стальные стволы блеснули в свете московских ночных фонарей.
В одном из них Росс узнал потомка опального боярского рода Олега Курбинина. Он вышел вперёд, его лицо искажала звериная злоба.