Пограничная река

Нет у хайтов сил, чтобы давить на Восток, как прежде, – все силы Запад отнимает. Если Берр был прав, то вы выбрали удачное время, чтобы здесь осесть. Не пройдет и несколько лет, как сюда полезет народ и с Севера, и с Юга, и с Востока. Начнется передел земель. Собственно, уже лезут – из-за наших неурядиц в кшарги сбегают целыми деревнями, а это ваше прямое пополнение. Успеете здесь закрепиться, останетесь хозяевами. Эта земля богатая, торговые пути во все стороны – неплохо можете зажить.

– А что ж вы сами не хотите сюда перебраться?

– Зачем? В своей земле я герцог, у меня и так все есть.

Сам король не может вмешиваться в мои дела. Завоевывать новые земли – это удел молодых и безземельных. Да и Хайтана так просто не сдастся. Мало вас… очень мало. Пока не усилитесь, будете постоянно от набегов страдать. Войну надо на их берег переносить, окружать их крепостями с хорошими гарнизонами, чтобы и нос к Фреоне высунуть не могли. Это дело небыстрое – годы понадобятся.

– А мы никуда не торопимся.

– Мне нравится ваш настрой. А вот скажите мне, чтобы воевать с этими трубами, долго надо воина учить?

* * *«Варяг» нырнул в очередную стену дождя. Проклятая вода лилась с неба не равномерно, а будто в шахматном порядке – участки с моросящим дождиком резко сменялись участками с ливнем. Причем все это при полном безветрии и неподвижности туч.

Чудеса.

Буму дождь был не помехой. Общество Ури ему давно уже надоело, вот он и решил в очередной раз помучить уши адмирала своими боевыми воспоминаниями.

Вообще-то ему было все равно, чьи уши терзать, хоть Удура, но он прекрасно знал, что клот восточным наречием вообще не владеет, а вот Олег – наоборот. Рыцарю необходимы были понимающие уши.

– Я им опять стучу в ворота и ору: «Шлюхины дети, зачатые на помойке от шелудивого кобеля, открывайте, пока я вам ворота не разнес! Если разнесу, то кину всех в ров и буду плевать на вас сверху, пока в дерьме не утонете!» Ну они, ясное дело, открывать все равно не торопятся.

Но все как один собрались на стене и сверху в меня камни пуляют. Только замок их не зодчий строил, а ублюдок в голову лошадью ушибленный, и достать меня не могут – козырек у решетки мешает. Если бы я решетку порубил, тогда, конечно, там бы меня и привалили, но я же не полный дурак и туда не лезу. Стучу дальше, продолжаю им рассказывать обо всех грехах их блудных матушек. Они в ответ хором ругаются, даже не понять, что орут, – будто жабы квакают.