Пограничная река

С другой стороны за два дня бегства они повстречали уже два брошенных поселка и натоптанную тропу, по которой ходили аборигены и двигались их тележки. Возможно, им пока что просто везет, и они чудом избегают обитаемых селений. Но, наверное, не стоит уповать на вечное везение — надо начинать посылать вперед дозоры из одного-двух мужчин. Заметить одиночек гораздо сложнее, а они бы могли издалека засекать угрозу, и предупреждать остальных. Да, так и надо сделать — иначе точно нарвутся на проблемы.

Если бы этот поселок был обитаем, сегодня бы их уже схватили — такая толпа в степи заметна издалека.

Хотя имеются и свои плюсы — пленников бы наверняка накормили «халвой».

* * *Вечер, как и вчера, прошел без ужина, но зато с ярким и жарким костром. Очаг подкармливали обломками дверей и крыш. Большой огонь, правда, старались не разводить — высокое пламя в ночной степи можно разглядеть издалека.

Большая часть беглецов еще в сумерках расположилась вокруг очага на скудных ложах из старой соломы и степной травы, постаравшись побыстрее заснуть.

Лишь некоторые не спешили с этим, занимаясь своими делами, или просто тупо сидели перед костром. Разговоров не было: общаться не хотелось.

Андрей был одним из тех, кто не стал ложиться сразу. Пользуясь наличием огня, он занимался ремонтом обуви. В принципе состояние его ботинок было вполне приличным, но это не давало ему право доводить дело до серьезной проблемы.

Если обувь придет в негодность, он превратится в Обуха номер два. Боты у него хорошие — с этим ему повезло. Изначально он попал сюда в пижонских туфлях — не самая лучшая обувка в такой ситуации. Потом уже, когда сумел доказать коллективу, что его физическая сила и выносливость полезна всем, ему достались крепкие ботинки умершего Хача. Крепкие-то крепкие, но при постоянных спусках в карьеры и подъемах обратно, по склону, сложенному сухой глиной вперемешку с камнями… Эти испытания сказывались на состоянии обуви крайне отрицательно. Сапожного инструмента здесь не было, не было так же клея и дратвы. Все, что доступно для пленников — пластик, собранный на месте авиакатастрофы.

Счастье, что сгорело там не все.

Зачищая поверхность деталей обуви своим стеклянным ножичком, Андрей капал на нее расплавленным пластиком. Остывая, пластик образовывал плотную пленку — оторвать ее почти невозможно.