Черная рубашка с длинным рукавом и узкие черные брюки висели на мужчине, как на швабре. Татьяне и Антону он сразу напомнил большого грифа.
– Итак, о какой мебели идет речь, господа? – сухо осведомился лысый гриф, буравя их пристальным взглядом. – Вы хотите нам что-то предложить?
– На самом деле мы сами кое-что ищем, – ответил Антон. – Старинное зеркало, когда-то принадлежавшее графиням Ягужинским. Нам сказали, что его приобрели вы, чтобы вернуть в музей Ягужино.
– Такая возможность не исключена, – подумав, сказал гриф.
– Хозяин? – переспросила Таня. – Так это не вы владелец дома?
– О нет. Я лишь на него работаю, – ответил лысый. – И дом ему не принадлежит, он арендовал его на летний период. Настоящие владельцы давно живут где-то в Санкт-Эринбурге.
– Но зеркало находится у вас? – уточнила Татьяна. – Мы бы хотели на него взглянуть.
– К чему? – не слишком дружелюбно осведомился лысый. – Оно приобретено незаконным путем?
– Нет, что вы! – воскликнул Антон.
– В нашем хранилище есть несколько зеркал. Вы знаете, как выглядит то, что вы ищете?
– Видели на фотографиях, – сказала Татьяна.
Алика скинула фотоснимки Панкрату на телефон, а он переслал их Антону.
– Вся купленная хозяином мебель стоит в подвале этого дома, – неохотно сообщил лысый. – Последние приобретения доставили только вчера вечером. Могу показать, но не совсем понимаю, о каком зеркале идет речь. Если вы его узнаете, тогда мы, возможно, сумеем прояснить ситуацию.
И он предложил ребятам следовать за собой.
Они пересекли узкий прохладный холл, затянутый паутиной и покрытый пылью, – похоже, уборкой здесь никто не занимался, – и вскоре остановились у высокой деревянной двери. Лысый распахнул ее, затем нащупал на стене кнопку выключателя, и ведущая вниз лестница озарилась тусклым желтым светом.
– Когда, вы говорите, была совершена покупка? – осведомился он.
– Пару дней назад, – ответила Татьяна. – Нам рассказала об этом хозяйка салона…
Договорить она не успела.
Гриф усмехнулся и захлопнул за ними дверь.
Глава 16
Шорох в полумраке
Татьяна хотела остановиться, но не могла. Она скатывалась по пыльным ступенькам, не успевая за что-то ухватиться. Антон катился впереди.