Потому что даже занять вертикальное положение удалось не сразу и с великим трудом. А потом я сделал несколько шагов, щупая в себе остатки хиста. Мда, не густо. Местного, того самого маслянистого, жирного промысла, оказалось всего ничего.
И что делать? Как всегда — экспериментировать. Раз уж я один из немногих рубежников, которого приняли оба мира, этим надо пользоваться. Я вновь создал в воздухе форму Теневого потока, только на сей раз вложил в него общий хист, не стараясь его разделять. Да, возможно, поток оказался не таким уж теневым, но разве есть разница?
Шуйский красноречиво утверждал, что нет.
Я никогда не видел прежде, как Лихо поглощает рубежника. Да что там, любого человека. Если честно, это походило даже на какое-то сексуализированное действие."
"Сначала Юния жестко схватила Шуйского за руку. Тот почти ударил наотмашь, поэтому мне пришлось выкрутить и без того сильный выплеск хиста на максимум.
Лихо встала на цыпочки, поднимая свое изуродованное непропорциональное тело. Будто крохотная юная девушка, прижимающаяся к рослому могучему парню. И коснулась губ кощея.
Поцелуй вышел робким. Лихо будто боялась спугнуть любовника напористостью. Вот только так было поначалу. С каждым новым мгновением нечисть все настойчивее настраивалась на ласки, поглощая хист. Не весь полностью, а лишь часть. Она напоминала обжору, который торопливо ел пирожные, роняя огромные куски и размазывая крем по лицу.
А затем Юния поглотила его полностью. Брызнула кровь от лопнувших в жадном поцелуе губ кощея, а Шуйский удивленно испустил последний вздох. Лихо же, отбросив тело несостоявшегося любовника, упала на землю, трясясь от удовольствия и нового рубца. Какая бы могущественная нечисть не была, но она убила самого кощея.
Зрелище оргазмирующей старухи, сказать честно, мне особого удовольствия не доставило. Я даже, когда порно смотрю, тэги другие выставляю.