— Все не надо, — поморщился я, вспомнив облик нечисти. — Только все равно выпустить тебя здесь не могу. Ты извини. Я понимаю, что ты не виновата. Это вроде как твоя природа — пить из людей жизнь. Но я этого позволить не могу. А пообещать подобного делать ты не сможешь, так?
— Не могу. Умру без этого. Сс…
— Беда в том, что и убить я тебя не способен. Слишком уж сильна. Хотя, сказать по правде, симпатии ты у меня не вызываешь.
— Чего задумал рубежник?
— Будем тебя перевозить.
— Куда перевозить?
— На Изнанку.
— Нет, не надо! Плохое место. Сс… Еды мало. Рубежники сильные. Сс… Не надо на Изнанку.
— К сожалению, твоим мнением никто не интересуется.
Я убрал Лихо и саквояж на Слово и снова стало тихо.
По поводу Изнанки я сам был не особо воодушевлен. Это место пугало. И Васильич сказал, что рубежники отсюда там становятся слабее. Правда не сразу. Какое-то время у того мира уходит, чтобы тебя будто инициализировать. Так сказать, провести сканирование.
А уже потом приходится постоянно хист использовать, чтобы просто находиться на той стороне.
И вместе с тем меня невероятно тянуло туда. Даже не могу объяснить почему. Это можно было сопоставить с желанием вернуться домой. Только с той разницей, что Изнанка домом не являлась. Короче, странно все это.
Дверь скрипнула, выводя меня из размышлений. И не такой уже теперь хмурый, будто и не было нашего неприятного разговора, воевода махнул рукой.
Саню мы обнаружили на одной из кроватей, уже помывшегося и переодетого. Хотя от него все равно еще несло чем-то неприятным. Даже мыло не смогло перебить этот запах. Но зато он был в порядке. Причем в полном. Разве что глядел на меня волком.
— Матвей, — кивнул он. — Спасибо тебе, что выручил. Эта мерзость меня убить собиралась.
Я улыбнулся, только с некоторым опозданием поняв, что произошло. Хист даже не шелохнулся.
Понятно, что я тоже не белый и пушистый. И про свои интересы не забывал. Но вообще-то действительно вроде как жизнь этому типу спас.
Ладно, бог с тобой золотая рыбка. Хочешь разговаривать по-рубежному, будет тебе по-плохому.
— Мне пришлось две сотни монет твоим, э… соратникам заплатить, чтобы со мной пошли. Так что ты мне должен.