Буквально цепенея от необъяснимого ужаса, пронзившего сознание, Лиза стиснула ладонь Сони еще крепче, практически силой удерживая подругу на месте. Собственное сердце грохотало в груди с запредельной скоростью. В ушах гудело от рева ошалевшего пульса. Снедаемая тревогой, она не спускала напряженного, пристального взгляда с этого странного незнакомца. Точно в замедленной съемке, Лиза видела, как он хватается за ручку автомобиля и тянет ее на себя, как распахивает дверь и… отходит в сторону. В тот самый миг время будто остановилось.
А ее пронзительный крик застрял где-то в горле, так и не сорвавшись с губ.
«Господи! Нет!»
В салоне своего автомобиля и правда… находился Алексей.
Безропотный. Связанный по рукам и ногам. В окровавленной подранной футболке. Его лицо представляло собой самое настоящее кровавое месиво.
Гордеев скрючился в до жути странной позе, и… он не шевелился.
Ровно до тех самых пор, пока кто-то не вытолкнул его из машины, словно кучку ненужного мусора. Алексей рухнул на землю, подобно мешку с картошкой. Но… по-прежнему не издал ни звука. Он даже не застонал.
Зато застонала Соня. Вернее, она завизжала диким нечеловеческим голосом:
— ЛЁША!
Почти одновременно с ней и Верещагин прогромыхал:
— Подстава! Работаем!
В ту же секунду Даня грубо запихнул Лизу к себе за спину и выхватил пистолет из кобуры. То же самое проделали и Григорий с Валентином, намереваясь живым щитом огородить их с Соней от опасности.
— Бегите! — холодно распорядился Григорий, обращаясь к ним обеим.
Да какой там? У Алмазовой началась самая настоящая истерика!
Она ринулась к Алексею, напрочь игнорируя всех присутствующих.
— Нет! — завизжала, рухнув на колени подле своего мужчины и лихорадочно ощупывая его тело на предмет ран. — Лешик! Открой глаза! Открой их!
— Сонечка…
Забыв все, чему ее учили, о чем предупреждали, Лиза кинулась к подруге, наплевав на собственную безопасность.
«Все верно! — заторможенно подумала Лиза.