Со звоном разлетелось стекло, и человек с простреленной головой завалился набок. В желтом свете фар алые брызги крови разлетелись веером, как стеклянный бисер в детском калейдоскопе.
Вторая очередь, пущенная в унисон Колом, разнесла вдребезги и заднее стекло с той же стороны. В салоне спортивной машины кто-то истошно закричал. Автомат в руках Хаммера не успел сказать своего веского слова. То ли он слишком долго выискивал подходящую цель, то ли элементарно растерялся…
Шершень не мог ждать.
– В сторону! – скомандовал он и первым сместился влево.
Хаммер последовал за ним. Кол отскочил в противоположную сторону. Задняя дверца «БМВ» распахнулась, и узколицый паренек лет двадцати с неровной рыжей бородкой, ступив одной ногой на асфальт и слегка отклонив голову, взгромоздил на плечо гранатомет. Грозное орудие дернулось, а уже через секунду черный внедорожник, пассажиры которого не успели покинуть салон, подскочил в воздух, охваченный огненным шаром.
– Снимай вторую! – последовало распоряжение.
Узколицый подельник не заставил себя упрашивать дважды. Перезарядив «Муху» и слегка сместив ее мощное дуло влево, он «жахнул» вторично. Мишенью был темно-зеленый «Форд» на парковке.
– Пошли! Пошли! – не унимался Шершень и первым рванулся вперед. На ходу он обернулся и, махнув «стечкиным» в направлении спортивной легковушки с разбитыми стеклами, громко добавил: – Добей последнего, Макарыч! Остальные за мной!
– Будь спок, братан! Считай, он – уже труп.
Застрекотал компактный «узи», решетя гладкий корпус автомобиля. В ответ прозвучал один-единственный сиротливый выстрел.