Шаманка качнула головой, и ее взгляд зацепился за медальон на моей груди.
– Вот как… – протянула она со странной интонацией.
Что в ней было? То ли осуждение, то ли смирение. Я не понял. Но гораздо больше сейчас волновало не это. Лес казался… странным. Я не мог определить время суток, то ли вечерние сумерки, то ли рассветный туман. Голые кроны местами облепил снег, подножья затянуло белесое марево. А сами деревья тоже казались иными, по крайней мере я не видел возле пансионата таких великанов. Да и никакого пансионата поблизости не наблюдалось.
Осмотрел себя. Грудь голая, рубашку и пиджак с меня срезали, пытаясь остановить кровь из порезов. Ну хоть штаны на месте. Разгуливать голышом в этом странном призрачном лесу совсем не хотелось.
Да и перед незнакомой женщиной неудобно.
Она хмыкнула, словно подслушав мои мысли.
– Я что, умер?
– Еще нет. Оберег Каи держит нить твоей жизни. Оберег и то, что она делает ради тебя.
– А что она делает?
Губы под занавесью из бусин недовольно поджались. Что ж такое, в этой тайге я вызываю у женщин какое-то тотальное недовольство!
Хорошо, что не у всех.
– Ради тебя она встала на путь духов. Сделала то, что я ей запрещала. То, что делать ни в коем случае нельзя! Пошла к тому-кто-спит, чтобы выпросить твою жизнь.
– Тому-Кто-Спит?
– Глупый человеческий мальчишка! – вскричала Хизер. – Слепой щенок, который ничего не ведает в этом мире, ничего не понимает! Который все испортил! Но теперь уже поздно… она выбрала. Выбрала…
Женщина устало опустила плечи.
– Идем. Сам поговоришь с Хозяином. Если он разрешит, ты вернешься.
С удивительной для женского тела силой шаманка потащила меня в чащу.
– Куда?
Хизер не ответила.
Я зябко поежился, хотя не ощущал холода. Я вообще ничего не ощущал, и мне это совершенно не нравилось.
– Постой!
Она даже не глянула на меня."
"Я шел, озираясь. И чем больше смотрел, тем сильнее изумлялся. Лес был иным. Могучие деревья скрежетали корой и медленно отползали извилистые корни, когда на них ступала нога шаманки.