Поэтому обыватели могли посещать город без излишней опасливости. Стандартных предупреждений вроде «не щелкать клювом» и «не водить жалом» в большинстве случаев было достаточно.
Худо-бедно, но этот странный безвластный город как-то ужился с окружающим миром, да еще и к немалой радости этого мира. Все были только рады, что большая часть преступников старается жить где-то в Нью-Рино, а не в твоем родном городишке. А так получалось, что и волки сыты, и овцы целы. И даже попадавшие под категорию «овец» могли приехать сюда, без особой опаски погулять среди «волков», пока не видит жена, посетить бордель, проиграть в казино и уехать обратно, увозя впечатления о себе, как о крутом парне, который здорово «погудел» в Нью-Рино.
Вот по улицам такого города и катили сейчас, не торопясь, оба наших грузовика. На вопрос, куда мы едем, Хорхе ответил:
– К ипподрому.
Как выяснилось, местные преступные сообщества предпочитали проживать компактно и поближе к контролируемым ими объектам.
"К счастью, если вспомнить истинную подоплеку возникновения кубинского преступного сообщества, созданного с вполне благими целями, данный анклав предоставлял прекрасную возможность скрыть то, что должно быть скрыто, хранить то, что должно быть сохранено, и принимать тех, кого надо было принять. Поэтому до нашего появления в городе здесь приняли, разместили и окружили достаточным комфортом два отделения егерей из разведбата, прибывших скрытно, незаметно ни для кого, в крытых грузовиках, со всем вооружением и снаряжением.
Грузовики въехали в металлические ворота в высоком бетонном заборе, возле которых ошивалось аж четверо молодых мужчин в полувоенной одежде и с автоматической винтовкой на плече.