Одна стена представляла сплошной аквариум, в котором плавали рыбки размером с хорошего леща, только поярче, а стойка портье была облицована каким-то синеватым, почти черным деревом. Распоряжалась же за стойкой ослепительно улыбавшаяся смуглая брюнетка лет двадцати в канареечно-желтом платье в обтяжку, с огромным декольте и зачесанными в пучок блестящими черными волосами.
Все это великолепие было окружено галереей, с которой ярко-красные двери вели в гостиничные номера. Такие же двери окружали холл и по всему первому этажу.
– Это у нас визитная карточка. Мы – большая и богатая банда – не можем принимать гостей плохо, – засмеялся Пабло, увидев мое выражение лица. – Вам здесь понравится, тем более что для вас с женой выделили лучший «сюит» в этом отеле.
– Я так понимаю, что это отель для внутреннего пользования? – уточнил я.
– Разумеется, – кивнул он. – У нас есть три отеля в городе – для туристов, а этот – исключительно для своих. Приезжают люди из других городов, партнеры по бизнесу, если можно их так назвать, да и настоящее командование иногда посещает.
– Вполне.
– Вот и прекрасно. Вашим коллегам объяснят, как и где они могут провести время, а с вами еще хотят встретиться."
"Исабель в желтом платье ослепительно улыбнулась нам с Бонитой и жестом пригласила нас следовать за ней. Не знаю, заметила ли она, что я иду на пару с красавицей-женой, но холостого мужчину такая походка в сочетании с такой талией, такими ягодицами и таким обтягивающим платьем могла довести до сердечного приступа или неконтролируемой сексуальной агрессии.
Мы поднялись по лестнице на галерею, прошли по ней до последней двери, отделенной от остальных несколько более протяженным простенком, Исабель открыла ее перед нами и жестом пригласила входить.
Интересно, эту мебель делают в Новой Земле или везут с той стороны? Если с той стороны, то это расточительство, а если делают здесь, то этот мир прогрессирует на глазах.