Рупь за сто даю – остался Хоффман в Нью-Рино попутно порешать все остальные свои дела, к огромной нашей радости. Какая бы у него ни была охрана, но проехать на аэродром по пустынной загородной дороге он не сможет никогда. План операции уже готов, определены люди, позиции, пути выдвижения и эвакуации. И это так же точно, как то, что завтра с утра взойдет солнце, а ночью на небе появится местная луна. И если мы вернемся сюда после проведения операции, то мы увидим Хоффмана, сидящего в «домашней» тюрьме «семьи Лопес», что нам и требуется.
Мы уже привычно уложили в хвосте салона наши баулы, дав возможность мальчишке-бортмеханику их закрепить, расселись в кресла и мирно дремали до самого Билокси. Если уж нет возможности отвертеться от «продолжения банкета», то хоть приедем к нему выспавшимися. Полученное вчера золото мы сдали на хранение Лопесу. Он передаст это в ППД. Отдадим кесарю – кесарево, слесарю – слесарево, а финчасти – что ей полагается.
Из полученных в свое время авансом ста тысяч восемьдесят тысяч в пластиковых купюрах были разделены из расчета «по десять на рыло» и лежали у каждого поближе к телу. Зачем? А на случай, если вдруг что пойдет не так и понадобится выбираться из заварухи, а десять тысяч экю в этом мире могли помочь выбраться из многих проблем. Или вызвать новые."
"А вот имущества у нас сколько было – столько и осталось. Поскольку следующий этап операции проводился совершенно вслепую, ничего особо оригинального с оружием мы придумать не смогли.
Дмитрий был вооружен своим ПКМ и «сто четвертым» в качестве запасного оружия, Раулито избавился от своих взрывоопасных рамок, зато имел целый мешок мин МОН-50 – все от Владимирского, предназначенных для раздачи всему личному составу, если, случись, нам придется действовать на суше.